На его лице проступают морщины усталости, и я изо всех сил стараюсь не разгладить складку между его бровями.

Ян отказывается много рассказывать о делах Адриана, но я могу сказать, что он переутомился в последнее время. Во всяком случае, приезд сюда отнимает больше времени и сил, чем он, вероятно, должен отдавать."

"Я хочу спросить о Кристине, но страх перед его ответом всегда останавливает меня. Что, если я все это время была любовницей и просто еще не знаю об этом?

Адриан сажает меня на диван и кладет костыль рядом.

– Подожди здесь. Я приготовлю ужин.

– Я заказала еду на вынос. Она на прилавке.

Он поднимает бровь.

– Ты наконец меня слушаешь, Леночка?

Я поднимаю плечо.

– Мне не нравился запах еды, когда я готовила.

Адриан наблюдает за мной секунду, и это навязчиво, как будто он снимает внешность и пытается заглянуть внутрь. Не думаю, что я когда-нибудь привыкну быть предметом его интереса. Мне всегда кажется странным, но в то же время странно милым, что такой холодный человек, как он, заботится обо мне.

Он холоден ко всему миру, но не ко мне.

Затем он шагает на кухню. Телевизор включен, идет какое-то кулинарное шоу, но все мое внимание сосредоточено на его ловких движениях, на том, как легко и целеустремленно он передвигается по комнате, расставляя еду, тарелки и приборы.

Вскоре после этого я ковыляю к столу, и он садится рядом со мной с контейнерами, между нами. Я заказала ливанскую еду, потому что ела ее в подростковом возрасте, и с тех пор она не выходит у меня из головы. С тех пор как я могу есть что угодно – и это больше не ограничивается салатом, – я набиваю себе рот, как свинья. Я даже не знаю, откуда у меня вдруг появился аппетит.

Адриан не комментирует мой выбор кухни, копаясь без всякой суеты. Теперь, когда я думаю об этом, он никогда не упоминал, что ему что-то не нравится.

– Есть ли какая-нибудь еда, которую ты не ешь? – спрашиваю я.

– Нет. – Он смотрит на телефон, лежащий у него на коленях.

– Непривередливый едок?

– У меня не было такой роскоши, когда я рос.

Я вспоминаю его слова о том, что его мать была любовницей, которая убила его мачеху. Что она злодейка.

– Вы были бедны?

Он медленно жует и глотает. Я думаю, что он использует это время, чтобы обдумать свой ответ, прежде чем произнести его вслух. прежде чем произнести его вслух.

– Не совсем. Моя мать была врачом, но она не любила готовить, поэтому мне приходилось готовить самому.

– Мне очень жаль.

– Мне нет. Так лучше. – Его взгляд скользит от телефона ко мне. – Ты привередливый едок?

– Ненавижу морепродукты.

– Серьезно?

– Я их не выношу. У меня такое чувство, будто я ем морских тараканов.

От этого на его красивом лице появляется легкая улыбка. Мне нравится, когда я – причина его улыбки.