Представь, бикини изумрудно-зелёного цвета в тон моим глазам, такие крошечные, что даже развратные модницы твоего мира сгорели бы от стыда.

Моё воображение немедленно нарисовало эту картину, и в штанах стало совсем неуютно.

— И как ты планируешь такое… носить на публике?

Мия рассмеялась звонко и совершенно бесстыдно.

— А кто сказал, что на публике? Это предназначено исключительно для твоих глаз. Хотя… — она сделала многозначительную паузу, и в её взгляде заплясали озорные огоньки, — возможно, я позволю остальным девочкам тоже посмотреть. Чисто для сравнения, конечно.

— Мия!

— Что? — она изобразила невинность, но лукавая улыбка выдавала её. — Разве ты не хочешь увидеть, как Зара попытается создать нечто ещё более провокационное, или как Лейланна подойдёт к задаче со всей своей научной дотошностью?

Я попытался вообразить эльфийку, разрабатывающую купальник как инженерный проект, и едва не рассмеялся.

— А Лили?

— О… — Мия задумчиво покачала головой. — Боюсь, она создаст нечто настолько элегантное и изысканное, что мой развратный дизайн покажется детским лепетом.

— Считаю, нас ждёт… интересное соревнование.

— Ещё бы! — она весело подмигнула. — А я уже подумываю над правилами. Каждая участница должна продемонстрировать свой купальник лично, принимая завлекательные позы. Оценка по десятибалльной шкале.

— Ты серьёзно хочешь превратить это в конкурс красоты?

— А что такого? — Мия пожала плечами с убедительной невинностью. — Просто небольшое дружеское соревнование между жёнами. Разве это не мило?

Я покачал головой, не переставая улыбаться.

— Вы все сумасшедшие!

— Именно поэтому ты нас и любишь, — она подмигнула и, судя по изменившемуся выражению лица, инициативу снова перехватила Ирен. — Хотя должна признать, идея с показом мод довольно забавная.

Вскоре на дороге впереди показался застрявший торговый караван.

Картина выглядела пренеприятно: массивная повозка с бассейном для Трисы завязла в грязевой яме по самые оси, словно гигантский корабль, севший на мель, а мутная вода плескалась за бортами, угрожая вот-вот перелиться через край. Вокруг без толку копошились промокшие насквозь люди: охранники, возничие, несколько торговцев из основного каравана.

— Господин! — к нам подбежал измученный человек средних лет, очевидно, главный торговец. Грязь покрывала его с головы до ног, превращая некогда добротную одежду в жалкое подобие тряпок. — Слава богам, что вы здесь! Мы уже третий час пытаемся вытащить эту проклятую повозку!

Я спешился и подошёл поближе, чтобы оценить ситуацию. Колёса просели в размякшую глину почти на треть. Восемь упряжных коней, запряжённых в экипаж, устало переминались с ноги на ногу, покрытые пеной и грязью от предыдущих попыток выдернуть повозку из западни.