— Даня, догадываюсь, что ты подумал, но я не при чем, клянусь!

Я отламываю ложечкой кусочек чизкейка и кладу в рот. Прожевываю и говорю.

— Знаю, Камила. Тебя явно хотели подставить.

— Что?! Но зачем?! — хлопает брюнетка глазами.

— Кто ее разберет, — пожимаю плечами. — Может, ей не нравилось, что ты постоянно обедаешь со мной в столовой и занимаешь выгодное место. Может, ты ее просто бесишь.

— Подожди! Ее?! Неужели ты сумел поймать бандита и выпытать имя заказчика?

— Мой отчим — царский охотник, Камила. Он нашел выродка спустя пару часов после происшествия. Да, бандит пойман, а допрошен уже мной лично. Ныне он недееспособен в связи с кучей приобретенных психотравм. До конца жизни у него не получится ни ходить, ни взять в руки нож, ни лечь в постель с женщиной, — произношу будничным тоном.

Камила вздрагивает.

— Страшный ты человек, Данила, — шепчет девушка. — Благороднее было бы его просто убить.

— Может быть, но я не благородный, — качаю головой. — Пока. К тому же бандит — важный свидетель, и его мозг содержит улики против виновницы.

— Кто она?! — восклицает брюнетка, неожиданно сверкнув глазами словно пантера. — Скажи! Это также и мое дело, раз пытались подставить меня!

— Бандита наняла служанка рода Фиткиных, — озвучиваю. — Из их отпрысков только Екатерина учится в нашей школе.

— Катя?! — удивляется Камила.

— Скорее всего, когда в туалете ты звала Лену на встречу, Фиткина сидела в одной из кабинок и подслушивала.

— Вот же стерва!!! — Камила раскраснелась от ярости, волосы цвета воронового крыла взметнулись вверх, поднявшись над головой, словно черный дым. Я удивленно вскидываю брови. — Как эта мразь посмела?! Марать честное имя Енеревых! Да я ее!

— Ками…

— Она ответит, Даня! Я обещаю! — рычит девушка, и воздушные потоки вокруг ее стройного тела бурлят и сходят с ума. Мне кидает в лицо порывом ветра. Что за?! Разве у Целителей это возможно?! — Я отцу всё расскажу! Он с Фиткиных такую плату стребует — век не расплатятся!

Рядом с девушкой уже закольцовывается маленький ураган. Смерч размером с мою руку."

"Звучит дробный режущий звук. Острые воздушные потоки разрезают стол. Я резко вскакиваю и отпрыгиваю прочь от греха подальше:

— Камила! У тебя пробуждение! — она не реагирует, лицо грозное и злое, всё думает от Фиткиной. Оборачиваюсь к залу и ору. — Нахрен все убежали! Сейчас накроет!

Глупо надеяться на сознательность толпы. Поэтому одновременно отправляю мысленные команды. Ближайшие посетители попадают под мой контроль. Взрослые хватают детей в охапку и с разбегу прыгают в широкие окна. Стекло с треском раскалывается, люди со шлепками вываливаются на тротуар.

— Даня!! Что… что со мной?!

Проснулась наконец спящая красавица.

Камила с ужасом смотрит на крутящиеся вокруг вихри.