– Давайте перейдём к чему-нибудь другому, ладно? Мачевски, не могли бы вы открыть окна? Сегодня утром немного душно, так давайте попробуем проветрить.

Учительницу явно обеспокоили слова Тенча. Она то и дело поглядывала в сторону двери.

– «Гамлет», – объявила Вудбэнк, бросая на стол стопку жёлтых книг с порванными и сломанными корешками; некоторые всё ещё были завёрнуты в обои и куски подарочной упаковки. – Думаю, хватит с нас пока стихов. На повестке дня бесцельная, самовлюблённая молодёжь с проблемами отцов и детей. Кто-нибудь хочет почитать вслух? Септембер?

– Простите, мисс?

– Не хотите ли почитать вслух?

– Спасибо, нет, мисс.

Она нахмурилась.

– Что ж, благодарю, – ты будешь нашим Гамлетом, а остальные, пожалуй…

Сеп не стал слушать, кому достались другие роли, даже не открыл свою книгу, лишь смотрел, как шевелится ручка Хэдли, пока та рисует на столе.

– Тогда мы начнём с мисс Ламберт и мистера Эштона в ролях Бернардо и Франциско, – постановила Вудбэнк, снова глядя на дверь и ёрзая. – Мисс Ламберт, на вас ещё ремарки, и попытайтесь выразить своё мнение, народ, – ничто так не портит пьесу, как угрюмое подростковое равнодушие.

Лэмб вздохнула и провела пальцем по странице до начала текста.

Внезапно она сосредоточенно нахмурилась. В комнате стало теплее, даже с открытыми окнами.

Кожа Сепа покрылась мурашками от жара. И в зубе проснулась боль.

Он повернулся к Хэдли. Та уже смотрела на него широко раскрытыми от ужаса глазами.

В классе что-то происходило.

Все это чувствовали, сообразил Сеп, – шум болтовни стал на тон выше, и он в панике стал высматривать, не появится ли где Барнаби.

Лэмб поймала его взгляд. Он кивнул, и она прикусила губу.

– Пожалуйста, начинайте, мисс Ламберт, – приказала миссис Вудбэнк.

Лэмб вздохнула.

– «Вчера я снова его видела, – завела она угрюмым монотонным голосом. – Он такой красивый. Я наблюдала за ним, пока он не закончил тренировку, но он меня не заметил…»

Голова Сепа взорвалась болью – боль прокатилась по уху и челюсти. Осознав, что творится, он ощутил, как внутренности свело."

"– Что вы такое читаете? – спросила миссис Вудбэнк, отрываясь от созерцания двери. – Кто-то разрисовал вашу книгу? Ну же, читайте нормальный текст.

Лэмб скривилась и перевернула страницу, проверяя, что же там.

– «Но он меня не заметил, – продолжила Лэмб. – Я смотрела, как он поднимает небольшие конусы. Его глаза…»

– Стой, – выдавил Сеп сквозь сжатые зубы.

– «…а когда я пришла домой, то снова о нём думала, представляла, как он меня обнимает. Дорогой дневник, кажется, я правда его люблю. Правда. Я люблю Мака! И…»

– Хэдли! – крикнул Сеп, когда та выбежала из класса.