– Все твои предки избежали автомобильных аварий, войн, болезней и… саблезубых тигров! И у них родились именно те дети, которые нужны, чтобы ты появился на свет, потому что они были твоими бабушкой и дедушкой и прапрапрапрадедушками. Представь, если бы твой древний пращур поскользнулся где-нибудь не вовремя и упал со скалы – всех его детей и детей их детей никогда бы не было.

Она склонила голову набок и посмотрела на небо позади Сепа, представив комету, несущуюся сквозь космос.

– Мы все – маленькие чудеса, – сказала Хэдли, – всё в нас – наши глупые привычки, наши шутки и наши странные лица – собрано на вращающемся шаре, который находится на идеальном расстоянии от Солнца.

И вот мы, ты и я, находимся на вершине истории, насчитывающей миллион лет.

Хэдли снова улыбнулась и повернула в вестибюль.

Сеп последовал за ней, гадая, слышит ли она стук его сердца, и пытаясь вспомнить, как дышать.

24. Перемена

В солнечных лучах висела пыль. Класс сидел на своих обычных местах, и Сеп с изумлением понял, как неловко ему находиться отдельно ото всех, как странно было расставаться с Хэдли и остальными ребятами у двери. Он никогда ни с кем не ходил на занятия, никогда не строил планов, что делать после школы.

Были только уроки, работа и домашнее задание.

Он покачал головой, почувствовал, как вокруг него привычно установился невидимый барьер, и позволил разуму переключиться в режим восприятия информации.

Миссис Вудбэнк ходила по кабинету.

– Кто-нибудь хочет ответить? Знаю, ещё раннее утро, ну напрягитесь! Вы больше не маленькие дети… – Она выхватила клочок бумаги из протянутой руки. – Опять передаём записки, Стефани? Настолько срочно, что нельзя подождать? «Хочу с ним встретиться КТТС».

Что это вообще значит?

– Как только – так сразу, – подсказал Аркл.

– Я не про акроним… так, соберитесь! Напрягите мозги, и хватит вести себя как дети.

Сеп посмотрел на стихотворение. Оно было то же самое, что и в прошлый раз, но маленькие нити и связи исчезли, как будто ужас предыдущей ночи напрочь стёр все мысли в мозгу. Сеп открыл тетрадь и прочитал написанные им слова:

«Жизнь. Рост. Перемена».

Последнее слово он обводил до тех пор, пока буквы не превратились в толстые блестящие вмятины на странице.

Хэдли снова смотрела на него.

На сей раз Сеп на мгновение удержал её взгляд, прежде чем отвернуться.

Хватило, чтобы увидеть её улыбку."

"– Мы же вчера его разбирали, – взмолилась миссис Вудбэнк, потирая жёлтые пальцы, словно деньги выпрашивала.

«Не вызывай меня, – мысленно велел ей Сеп. – Спроси кого-нибудь другого. Научи чему-то их, бога ради. Мне и так есть над чем подумать».

– Септембер, – позвала миссис Вудбэнк.

– Сеп-тик, Сеп-тик, Сеп-тик, – запели мальчишки.

Сеп глубоко вздохнул.

– Оно о жизни, росте и переменах.