Оборвать связь с другими городами, уничтожив железнодорожное сообщение серией направленных взрывов. Семен крутил это в голове и так и сяк и понимал, что нет, они не будут так действовать именно потому, что ожидаемо. Должно быть что-то другое.

Остается аэродром. В городе был действующий военный аэродром. Авиабомба, упавшая на взлетно-посадочную полосу, чудом не взорвалась, ее обезвредили саперы, и уже с начала сорок шестого года аэропорт принимал первые военные самолеты.

Вот это была бы идеальная цель. Он находился в черте города, рядом размещались несколько пунктов временного размещения караульных. Что тоже, с точки зрения Семена, было не лучшей идеей, потому что такие пункты, где скопились больше десятка советских солдат, уже были идеальной целью.

– Профдеформация, – снова сказал сам себе Семен.

– Почему? Что? – проснулся Афанасий Федорович.

Семен так увлекся размышлениями, что даже не заметил, что старый солдат задремал за столом.

– Иди спать, ты здесь такой уют сделал буквально за несколько часов, я даже не понимаю, как ты это сумел.

– Да это самое простое. Знаешь, как я мечтал об этом. О теплом свете из окна вечером. И чтобы за этим окном торшер, тюль, чтобы скатерка была. И картошка вареная в тарелке.

Семен улыбнулся:

– Иди спать, правда. Я еще подумаю.

– Над чем?

– Над подрывом аэродрома, – честно ответил Семен.

– А, ну так это просто. Надо утром взрывать.

– Это почему? – удивился Семен.

– Потому что утром оттуда уходят патрули на дежурство, а туда идут на работу. И самолеты тоже прилетают утром. Чаще всего. Я там жил рядом в первое время. В расположении.

Семен качнул головой, признавая правоту Афанасия Федоровича.

– Ты тоже спать иди, Семен. Сегодня ночью вряд ли что-то произойдет.

– Я сейчас сам себе кажусь очень глупым, но я снова спрошу – почему? – Серабиненко потер ноющие виски и весело посмотрел на Афанасия Федоровича.

– Ну ты уже потыкал палкой в это гнездо. Теперь нужно жужжание послушать."

"Семен покачал головой. Буквы в тексте бумаг, которые лежали перед ним, уже расплывались перед глазами. Завтра нужно будет устроить небольшой рейд. Для начала доехать до Главного вокзала и вокзала Пиллау. Посмотреть, понаблюдать, послушать. Чутье – чутьем, но если он не проверит железные дороги, хотя бы не попытается, то не узнает, был ли там Ян Плюснин с каким-нибудь дружественным визитом и не работал ли он там под видом инженера.

И все-таки Семен не выдержал. Он сел в машину и поехал по адресу общины. Успел вовремя. Там рядом был небольшой парк, уютная церковь, отчего-то община выбрала лютеранскую кирху на окраине города. Недалеко от дома Семена, но все в неразрушенных кварталах Кенигсберга было относительно близко. Серабиненко поставил машину в тени дома, дальше пошел пешком.