Короткое замыкание и, как результат:

— Асю позови. Мне нужно заниматься.

Боже! Само ведь вырывается!

— Я не хочу ее, — смеется мерзавец. Губами шею терзает. Прихватывая, языком касается. Затем чуть отстраняется и, кажется, визуально мою дрожь прослеживает. — Хочу тебя. Только тебя. Ты — моя.

— Нет, я не твоя. Разве что, временно, — сдавленно вскрикиваю, когда он толкает меня еще ближе к столу. — Ты ненормальный?

Дышать не могу.

— Моя, — выдыхает, прикусывая щеку. Конечно же, мне не удается скрыть волнение. И дыхание срывается, и дрожью пробивает. — Я тебя застолбил.

— Ну… Очевидно, не только меня, — передергиваю его же слова.

— Я тебя застолбил и пометил.

— Что еще за мерзость?! — дергаюсь, но избежать его поцелуев не получается.

— Прекращай ревновать.

— Я. Не. Ревную, — вычерчиваю с рубящими расстановками между словами и бью ладонями по столешнице. — Не ревную!!!

Этот подлец смеется. Не прекращая облизывать и кусать мою шею, ныряет рукой под стол и нагло скользит ладонью мне между ног.

— Что ты делаешь? Отпусти! Сейчас же…

Конечно же, он меня не слушает. Творит, что вздумается. Подбираясь к развилке, оказывает давление, чтобы развести бедра.

Я резко вдыхаю и, словно перед прыжком в воду, задерживаю кислород в легких.

Да-а-а…

Он просовывает пальцы мне в трусы.

— Я тебя тоже ревную, — сообщает приглушенным хрипом. — Давно. Всегда. Зверски.

Оба стонем, когда он раздвигает мои половые губы. Он сдавленно и тихо, я погромче.

— Андрей… — прикусываю губы и зажмуриваюсь.

Внизу живота образуется жгучий узел напряжения. И Рейнер, конечно же, этим расчетливо пользуется. Продолжая неторопливо ласкать, не проникает внутрь и, тем не менее, овладевает всем моим существом. Склоняясь еще ближе, сковывает каждую частичку тела. Теплом и силой обволакивает.

— А сейчас, когда около тебя околачиваются все эти мелкие озабоченные студентики, пиздец как ревную.

Сердце стремительно набирает скорость. Разбивает ребра ударными ритмами. В ушах звонким гулом отбивается. Когда Андрей, собирая щедро выделенную взбесившимися гормонами влагу, подбирается пальцем к пульсирующему клитору, я рвано выдыхаю и сама развожу бедра на максимум.

Массирует и гладит. Ласкает осторожно и одновременно настойчиво. Целует и прикусывает шею. А потом… забирает руку. Толком не вижу, но понимаю, что… слизывает с пальцев соки моего возбуждения.

Боже…

Перевести дыхание не успеваю, как Андрей вновь ныряет ладонью мне в трусы. Вскрикиваю и шумно выдыхаю. Тону в ощущениях. Мне горячо, очень мокро, одуряюще приятно.

Начинаю ощутимо подрагивать. Сознание плывет. Он все ласкает и давит… Точка, точка, точка… Всем телом напрягаюсь, готовясь взорваться от сладкой лавины наслаждения.

Но Рейнер, убирая руку, снова обрывает это сумасшествие.