* * *

* * *

- Именем его величества! Маркиза Женевьев дю Трамбле признана невиновной в смерти его королевского высочества Франциска Лимейского! И его величество Людовик в милости своей дарует маркизе дю Трамбле владение Тихая Гавань! И приказывает отбыть туда незамедлительно, завтра поутру!

Площадь шумела.

- Чего? Отравительнице владение?

- Да ты не понял ничего, чем только слушал, глухой, что ли! Ты знаешь, где эта Гавань? Я вот нет. Провинции такой нет, и про замок с таким названием я тоже не слыхал отродясь!

- Это далеко, очень далеко, где-то на краю света. При прежнем короле отыскали да гарнизон поставили, помните, так же кричали на площади?

- А, так это та дыра, куда ссылают неугодных?

- Молчи, дурак, никого никуда не ссылают! Отправляют на службу именем короля. Даже не на каторгу.

- И что, кто-то вернулся и рассказал, что за служба?

- Так вот нет.

- Лучше молчать о таких делах.

- Вот и молчи, если не хочешь, чтоб длинный язык укоротили. Лучше посмотри на бабу, что в ней такого? Дохлая и замученная!

- Ты бы просидел полгода в Бастионе, от тебя бы тоже кожа да кости остались! Там, чай, не райские кущи!

- А зыркает-то как!

- А что ей ещё осталось-то, завтра поутру посадят её в карету с решётками и повезут на корабль! Вот и всё. И поминай, как звали.

- Ладно, муж её помер давно, а сын что? Не попросил короля о милости к матери?

- Может и просил, кто ж о том знает! Только, кажется, не вышло ничего. Или наоборот, как раз и вышло – сечёшь, да?

- Ладно вам, могли казнить, а ведь не казнили! Сами знаете, обвинение состряпать не так сложно!

- Молчи, дурак, кто о таком посреди улицы говорит? И вообще, пошли отсюда.

- Пошли.

* * *

* * *

- Ты что тут прячешься? Иди наружу, смотри, как там здорово! – помянутый Женя тут как тут."

"- Геннадий звонил, Красиков кинул с оконными блоками, опять все сроки сорвали, и никто не знает, что делать. Говорила я тебе – кому-то из нас нужно остаться.

- Справится, не первый день на свете живёт, - отмахивается Женя. – Пошли наверх.

- Ветер там.

- Куртку возьми . Нужно решить, будем мы тут останавливаться или нет. И кстати, Алексей не звонил, только с работы?

- Только с работы, - вздыхаю я. – Алексей не звонил.

Алексей – это наш сын, ему уже двадцать пять, и два года назад он уехал в Таиланд. Женя был против, он мечтал, что сын придёт работать в нашу компанию, но Алёша выучился на дизайнера и выполнял удалённо какие-то работы на заказ. А потом и вовсе решил, что не хочет жить в нашем климате, а хочет – у моря, где всегда тепло. Они с Женей страшно разругались, и с тех пор Алёша ему не звонит, только мне. А тут, понимаете ли, юбилей, и как же без единственного сына? Мне было озвучено задание – сделать так, чтобы сын приехал. И я даже поговорила, но… мне не удалось.

- Мама, я всё понимаю. Передай папе, что я не приеду. Может быть, потом.