Не всем и не всегда везет вернуться живыми и здоровыми после шуток фейри.

Наскоро, почти на ходу перекусив, я махнул мужчинам, двигаясь в сторону темного, спящего дома. Сейчас я хотел только одного. Оказаться в постели, и чтобы моя удивительная супруга жалась к моему боку.

Глава 45

Проснулась я среди ночи от постороннего присутствия. Кто-то весьма шумно шуршал в моей комнате и недовольно тихо фыркал.

— Кто здесь? — тихо, несколько вздрагивая от волнения спросила я.

— Разбудил? — голосом Тазура, хриплым и утомленным, отозвалась темнота. — Прости, не хотел. Устал очень.

— Что ты тут делаешь? — протирая глаза и садясь на кровати, удивленно спросила.

— Пришел к своей жене, — садясь на край и со стуком кидая на пол сапоги, как само собой разумеющееся, отозвался мужчина.

— Но ты должен спать в большой комнате. Там… — я совсем не ожидала, что он осмелится прийти. Это казалось несколько неправильным, что лард явился сюда, в мою скромную, небольшую комнату.

— Там нет тебя, а я, уж прости, после этой бесконечной ночной прогулки, не в состоянии носить тебя на руках, — мне не позволили ничего возразить. Супруг забрался под одеяло, обняв меня и повалив на перину.

— Но это же…

— Ничего не хочу знать, Вирана. Я так зверски устал. Красавица моя, — уже сонным, глухим голосом отозвался Тазур, притягивая меня все ближе и удобно устраивая под боком, — ты сама всем рассказала, что я тут теперь барон, так что помолчи. Продолжим утром. Все утром.

Тяжелая рука крепко прижала плечи, нос уткнулся в горячую, пахнущую мылом грудь, от которой шло приятное тепло. Задумавшись на минуту, не желая ночью устраивать скандал, да и по правде, соскучившись по стальным, но таким нежным объятиям, широко зевнула. Пускай. Утром, значит утром.

Я совсем не желала просыпаться. Было так тепло, так уютно и мягко, что на глазах, кажется, сплелись ресницы, чтобы только не позволить дневному свету потревожить сон. Но мешал не свет. Мешали руки, которые медленно скользили по моему расслабленному телу, будоража каждый сантиметр кожи.

Пребывая на грани между сном и бодрствованием, я вдруг дернулась всем телом от теплой, сладкой волны, прошедшей по телу. Сон пропал почти мгновенно. Глаза распахнулись и в полумраке утра на меня уставились темные, лукавые глаза Тазура.

— Проснулась, моя волшебница? — как большой кот, мурлыкнул этот мужчина, чего я раньше за ним не замечала.

— Никакая я не волшебница, — тихо возразила, немного тушуясь под таки откровенно-пожирающим взглядом.

— Ну, нет. Я теперь не поверю в это. Как же ты пахнешь! — нос ларда, отвлекая меня от резкого ответа, уткнулся в шею, прошел до самого уха, совершенно не позволяя сосредоточиться.

— Тазур, я… — мысль убегала, совершенно не слушаясь.