И зачем отказывать? За себя постоять я могу. Убивать меня никому не выгодно. А вот мне узнать, что именно желает рассказать мне её высочество, может быть очень даже полезно.

— Пойдёмте, хоаль, — требовательно произносит Айминэ, поднимаясь, прежде чем я успеваю сообразить ответ, лишая меня необходимости подбирать слова для вежливого… согласия.

— Конечно, ваше высочество, — склоняю голову я и тоже поднимаюсь, собираясь следовать за ней. Но принцесса неожиданно берёт меня под локоть, то ли опираясь, то ли проявляя особое благоволение.

В коридорах, как и во дворике, никого нет — наверное, все у королевы.

С одной стороны это, наверное, хорошо — увидь кто-то меня под ручку с принцессой, слухов и предположений не оберёшься. А с другой как-то странно. В покоях мы застаём служанку, которая как раз ставит на столик у окна вазу с фруктами.

— Выйди — велит Айминэ. Та сразу же склоняется в низком поклоне и, пятясь, удаляется.

Не скрываясь, озираюсь вокруг. Восхищаться красотой убранства, особенно у кого-то в гостях, в Босварии не только принято, но даже положено. А в покоях принцессы восхищаться есть чем.

Здесь всё выполнено в белых и светлых тонах. Серебряные ажурные светильники, множество стёганых и вышитых золотом и шёлком подушек на диванчиках с обивкой цвета сливок и золочёнными светлыми ножками. Белая пушистая шкура на полу и ковры в золотисто-бежево-серых оттенках. Блики света, ажурная резьба, изысканная ненавязчивая роспись на стенах. Всё выглядит воздушным, гармоничным и очень уютным, как ни странно.

— Вам нравится? — интересуется принцесса, склонив голову набок."

"— Очень, ваше высочество. Я даже не представляла, что белый цвет может быть таким тёплым и уютным, — искренне отвечаю я и поворачиваюсь к ней.

 — О чём вы хотели поговорить?

Её высочество улыбается задумчиво, рассматривая меня.

— Скажите, хоаль… вы любите своего мужа?

Делаю резкий вдох, ошарашенно взирая на неё, а Айминэ начинает смеяться и направляется к диванчику возле столика с фруктами.

— Простите, а почему вы спрашиваете? — собравшись с мыслями интересуюсь я у неё.

— Мне интересно. Уж он-то точно к вам неравнодушен. Так смотрит, м-м-м. А вы? Любите его? Смогли привыкнуть к мужчине, которого вам навязала семья? Садитесь, хоаль, садитесь.

Хотите сладостей? Может чая?

Занимая место напротив неё, я пытаюсь собраться с мыслями. Как-то это не то, о чём я предполагала услышать.

— Да. Люблю, ваше высочество. Мне очень повезло с мужем, — наконец произношу, взяв в руки изящную чашечку, в которую принцесса мне самолично налила душистого чая.

— Жаль. Я ему говорила, — поджимает губы Айминэ, заставляя меня поперхнуться.

— Простите, я не понимаю. Кому вы говорили? И что?

— Моему брату.