На поверхность сознания почти всплывает готовый ответ, но старушка вновь начинает говорить и мысль безнадежно тает в ее голосе.

— Дело в том, что в моей квартире случился пожар и все сгорело.

— Я вам по-человечески очень сочувствую. Сначала пожар, потом пропажа внука… Но мне нужно именно фото и вы заранее это знали. Развожу руками и встаю, показывая, что встреча окончена.

Та, грустно вздохнув, вынимает из сумочки кошелек и достает оттуда несколько помятых купюр. В ее морщинистых руках банкноты смотрятся совершенно неуместно! Старушка дрожащими пальчиками кладет на стол деньги со словами:

— Позвольте заплатить вам за беспокойство и потраченное время!

Я поспешно сгребаю банкноты и двигаю их обратно. Нет услуги — нет оплаты. У меня все по-честному!

Женщина мотает головой, отнекиваясь от денег, одновременно пытается подняться, но, пошатнувшись и неловко взмахнув руками, бессильно оседает на стул.

— Вы простите меня, — шепчет она, закрыв глаза. — У меня такое бывает в последнее время. Сердце прихватило. Волнуюсь за Вадика, а я уже не девочка… Сейчас посижу немного, оклемаюсь и уйду, не буду вам мешать.

В этот момент меня охватывает дикий, всепоглощающий стыд. Больная, на ходу разваливающаяся бабушка, просит найти единственного внука, а я тут, коза-дереза, ерепенюсь! И все из-за каких-то непонятных видений.

То, что дело о пропавшем внуке будет опасным, я уже поняла. Но это абсолютно не означает, что я не могу рискнуть собой.

Могу и рискну. Ради этой славной старушки! Протягиваю ей открытую ладонь и говорю:

— Хорошо. Давайте ваши часы! Я поробую поискать по ним.

Пока женщина рассыпается в благодарностях, Карлуша опять возмущенно машет крыльями и весьма болезненно клюет меня в мочку уха, но я с досадой смахиваю его с плеча.

Риск — благородное дело, пернатая ты тварь! Согласен ты со мной или нет, я уже все решила! И он, пролетев круг по комнате, приземляется на плечо и сидит уже смирно. Правда, мне кажется, при этом то ли возмущенно, то ли сердито кряхтит."

"Осторожно беру у бабули часы. Подушечки пальцев тут же обжигает ледяной холод. Невольно ежусь, челюсти сводит от пробежавшей по телу судороги. Смотрю на часы и пытаюсь сосредоточиться, вжиться в них, влиться в их прошлое, уловить чувства, перетекшие от хозяина, ухватить тонкие вибрации его мыслей, всмотреться в окружавшие его картинки.

Не получается.

Никак.

Помимо кромешной, пугающей темноты, ничего не вижу.

Зато вдруг отчетливо слышу шипение.

Оторопело таращусь на циферблат.

Но на сей раз шипят не часы.

А моя клиентка.

Поднимаю глаза и вижу, что от немощной старушки не осталось и следа. Передо мной стоит высокая, красивая тетка, лет на тридцать моложе пришедшей. Платиновый блонд ей очень к лицу.