Гордый, умный, ехидный и независимый леший просто не мог, в моем представлении, позволять кому-то или чему-то использовать себя, могучего повелителя леса, для решения личных проблем.

— И что же, если бы я тебя просто так, не предлагая ничего взамен, попросила помочь, ты бы… согласился? — спросила тихо, почти шепотом.

— Попробуй и проверим, — предложил он.

— Было бы неплохо разобраться с тем, что происходит в деревне, — осторожно заметила я. — И, если еще не поздно, спасти людей и домового.

— Что ж, у меня как раз выдалось свободное время.

— Только я пойду с тобой.

— Конечно, пойдешь.

А потом вернешься со мной в избушку.

— Но…"

"— Это нужно, в первую очередь, тебе, — неожиданно снизошел до объяснений Влас. — Здесь, в лесу изначальные истоки твоей силы. И здесь ее будет проще обуздать. Вообще, в идеале, тебе бы сразу, как только начались неконтролируемые всплески, вернуться сюда. Тогда процесс слияния человеческой и нечеловеческой частей внутри тебя прошел бы наиболее гладко. И если бы ты не ушла в глухую оборону и не закрылась от меня в деревне, я бы тебе еще раньше объяснил, как лучше справиться с проявлениями нечистой крови.

И помог бы.

Ну, приехали. Получается, похитив, он меня еще и облагодетельствовал? Впрочем, ладно. Главное, он, вроде бы, перестал злиться, и между нами воцарился хрупкий мир. Но, что-то мне подсказывает, других парней в разговоре с ним лучше пока не упоминать. Кстати, интересно, где мой телефон? Денис же наверняка будет беспокоиться, звонить…

— Как мы доберемся до деревни? — деловито уточнила я. Его глаза насмешливо сверкнули.

— Поедешь на плече.

— А? — Я подумала, что ослышалась, но тут Влас начал расти и рос до тех пор, пока его голова не сравнялась с верхушками деревьев.

Меня бережно подхватили и посадили на плечо. Как котенка! Теперь я, кажется, понимаю, как чувствует себя Хан…

— А если я свалюсь? — испуганно уточнила я. В тот же миг ткань рубашки вокруг меня ощетинилась корешками, которые в момент зафиксировали мое тщедушное тельце на плече.

— Что за… где ты достал эту рубашку? — пискнула я.

— Да уж не в магазине купил, — гулко хмыкнул Влас. — Пока идем, расскажи мне, что конкретно произошло в деревне.

Мда. Кажется, он мне так тонко мстил за уязвленное мужское самолюбие.

Ну ладно. Если меня от качки стошнит прямо на него — сам виноват. Но, в итоге, опасалась я зря. Никакой тошноты не было, страха высоты тоже, ветки по лицу не хлестали, да и двигались мы достаточно плавно. Я вспомнила ту ночь, когда попала сюда по воле еретицы и услышала шум и треск, будто к поляне подбирался великан. Так вот, сейчас никакого треска не было, так как нужда в представлении, целью которого было напугать юную деву до состояния крайней сговорчивости, отпала. Влас шагал размашисто, но бесшумно.