Маша наконец пришла в себя от неожиданности, завизжала от радости и повисла на шее у Антона, целуя его то в одну, то в другую щеку:

– Господи, Антоша, а Васена как же? Жива?!

– Жива, жива Васена! – Антон по-медвежьи облапил обоих, стиснул в могучих объятиях. – Мы ведь уже неделю на «Рюрике». Алексей Федорович велел корабельному священнику обвенчать нас, так что Васена теперь моя жена, жаль, правда, что вас не дождались маленько! – Антон слегка сконфуженно посмотрел на Машу, потом на Митю. – Боялись мы, ох как боялись, что вы не выплыли. Мы с Васеной оба берега взад-вперед исходили: все вас искали, но не нашли. Намного ниже вас мы выплыли, что ли? Долго думали, что дальше делать, но возврату нам тоже не было, поэтому решили плот вязать да по Аргуни в Амур спускаться... Вот с божьей помощью, да у Васены золота с собой маненько было, и до– плыли. Барон нас увидел, так глазам своим не поверил. А потом велел исследования Амура продолжать, пока шуга по реке не пойдет, и тоже очень надеялся, что вы вскорости появитесь. «Не такой человек, – говорит, – князь Гагаринов, чтобы погибнуть!»

Все это быстро, скороговоркой, сообщал им Антон, помогая перетаскивать их груз в шлюпку. Потом взял на руки Машу и тоже перенес в шлюпку. Сидящий на корме мичман весело посмотрел на Митю и произнес:

– Здравия желаю, господин капитан-лейтенант! – и поднес руку к козырьку фуражки.

– Саша? Кондратьев? – изумился Митя. – Неужто ты?

– Ну, меня трудно не узнать, – улыбнулся мичман, – а вот вас только по голосу! – И покачал головой. – Борода у вас шикарная, Дмитрий Владимирович, загляденье, право!

– Ничего, – Митя разгладил бороду, густую, темную, ею он зарос почти по самые глаза, и Маша подумала, что в своем нынешнем обличье он очень похож на разбойничьего атамана. По крайней мере, именно таким она представляла его себе по картинкам в детских книжках.

– Ничего, – повторил Митя, – дайте мне только до бритвы добраться, и уж поверьте, расстанусь я с этим украшением без всякого сожаления!

– Весла разобрать! – прозвучала над притихшей бухтой команда мичмана. – Весла на воду! – последовала за ней другая, и через несколько мгновений туман поглотил шлюпку, и вновь вокруг воцарилась тишина, словно и не разрывали ее несколько минут назад крики радости и восторга от неожиданной встречи людей, которые уже и не чаяли когда-либо свидеться.

* * *

– Ну, Алексей, у меня просто нет слов от восхищения! – сказал Митя, отрываясь от шханечного журнала[57] и от множества карт, таблиц промеров глубин и других бумаг, в которых с присущей барону тщательностью заносились результаты исследований Сахалина, пролива, отделяющего остров от материка, устья Амура...