Он самый и послал.

— Так я и думала, — важно кивнула Данина. — а то ишь! Повадился какой-то супостат детишек наших по подземельям скрытничать! Ух, мы ему!

Она сурово погрозила кулаком невидимому супостату и, отдернув юбку, решительно повернулась к детям. Мы переглянулись. Можно было не сомневаться, что найденыши в надежных руках!

Мы еще помялись в дверях и вышли.

— Куда теперь?

— Пошли ко мне в комнату? У меня под тюфяком хлеб припрятан, если мыши еще не стащили. Будешь?

— Когда это я от еды отказывалась? — расплылась в улыбке вечно голодная Ксеня.

В синей комнате я вытащила припрятанный провиант и честно поделила пополам."

"— Если бы ты мне не подсказала, не подчеркнула ту строчку в книжке, я бы не догадалась. — сказала я, — Хотя, если честно, мне и это не помогло. — вздохнула я, и присела на кровать рядом с Ксеней, — толку — то, что догадалась, все равно в самый последний момент, когда уже поздно было. Селения уже начала подготовку к ритуалу, а лорд Даррелл и Арххаррион были заперты в Черте. А ты как поняла, кто убийца?

— Не поняла, Рогнеда проболталась. — ответила Ксеня и виновато опустила глаза., — знаешь, она ведь думала, что мы теперь с ней закадычные подружки…Прости меня, Ветряна., — я ободряюще улыбнулась, — я ведь… я ведь ревновала. Лорда Даррелла. Ужасное чувство…Вроде, и понимала, что ты нечего не делаешь, чтобы ему понравится, а иной раз такая злоба накатывала…Словно кто-то гадкий во мне сидит, и всякие гнусности о тебе нашептывает. Я даже смотреть на тебя иногда боялась. А с Рогнедой легко было. Она мои чувства понимала, более того, разделяла полностью. И она так хотела тебе насолить, что даже не сдержалась, про леди Селению обмолвилась. Правда, тут же об этом пожалела и испугалась. И глаз с меня уже не спускала, я только и смогла, что те слова в зачарованной книжке подчеркнуть и тебе на кровать кинуть. А потом она меня вниз утащила…

Ксеня мотнула головой, словно прогоняя пелену воспоминаний.

— Знаешь, она такая сильная оказалась! Невероятно просто… я ей улыбалась, а сама все думала, как бы еще что-нибудь узнать, про детей, где их держат… а она мне в лицо порошком каким-то дунула. И все. Только во дворе очнулась. А там эта красная звезда горит, и дети кровью истекают, и ты- в центре… ужасно просто. Я так за тебя испугалась! Прости меня, пожалуйста!

Я сжала ее руку.

— Ксенечка, это ты меня прости!

Подруга чуть отстранилась, покачала головой.

— Ты не понимаешь… Я ведь знала, как тебе плохо и намеренно с тобой не разговаривала. Даже хотела… хотела, чтобы тебе плохо было, чтобы ты мучилась… — закончила она жалобным шепотом, — и сейчас… Я не знаю, что со мной, происходит, Ветряна! Внутри такой холод иногда…злой…Я как будто не я, другая…

Я вздрогнула.