Снова подобрала клинок, резанула затянувшуюся рану на левой руке, переложила нож…

— Не надо…

Нож выпал из моих рук. Арххаррион криво усмехнулся, глядя на меня снизу вверх. Желтые звериные глаза с вертикальными зрачками медленно темнели, призрачная тьма клочьями облепила искалеченное тело, меняя его форму на человеческую.

Арххаррион медленно сел, опираясь на руки. Я в отчаянии рассматривала ожоги на его, теперь уже человеческом, теле.

— Почему они не затягиваются?

— Не так быстро, — хрипло ответил он и внимательно посмотрел на меня. Я смутилась и не уверено вытерла ладони о грязную юбку.

— Источник пробудился, — тихо сказала я, не знаю зачем. Он кивнул. Чуть пошатнулся, поднимаясь.

— Где Алира?

— Селения? Мы называли ее леди Селения… Не знаю, когда я пришла в себя, ее не было. Сбежала, наверное, когда поняла, что ничего не получилось…

— Сбежала…Снова. Я слишком поздно понял, кто она.

Арххаррион задумчиво на меня посмотрел.

— Как ты вернулась из петли Времени, Ветряна?

Я чуть пожала плечами. Я расскажу, но позже. Пока у нас были задачи посерьезнее. И для начала, мне хотелось самой все обдумать. Знания, события, воспоминания… Их нужно как-то переварить, осмыслить. Понять. Понять, что я чувствую… А пока…

Я подняла руку, полюбовалась на золотистую змейку на пальце и сняла ее. Протянула Аргард Арххарриону. Он осторожно сжал кольцо в ладони, не отрывая от меня взгляда.

— Надо помочь остальным, — тихо сказала я и, отвернувшись, пошла к приходящим в себя друзьям. Кивнула медленно поднимающемуся с ошалевшим видом лорду Дарреллу и опустилась на корточки перед Ксеней.

Та подняла на меня красные глаза.

— Ветряна, — сказала она и заплакала. Я молча обняла подругу, прижала к себе, ласково гладя ее спину и рассматривая ее ауру. И прикусывая до крови губу…

— Ну, вы девчонки даете! Чуть что, сразу в слезы… Вот дууууры… — крякнув, высказался Данила за моей спиной. Я смахнула слезы и с улыбкой повернулась к нему.

— Сам дурак! — привычно взвилась Ксеня, и мы рассмеялись. Даже расхохотались. Напряжение сегодняшней ночи, страх и боль вылились в истерику. Мы втроем хохотали, как безумные, сидя в грязном снегу и поднимая лица к уже тускнеющей Красной Луне.

Ночь Исхода заканчивалась.

* * *Надо сказать, что это была самая странная ночь в моей жизни.

Приступ истерического хохота закончился так же внезапно, как и начался. Мы просто как-то резко и разом замолчали, недоуменно переглядываясь и неловко вставая с земли.

— Очнулись? — фыркнул в нашу сторону лорд Даррелл. Мы сконфуженно кивнули.

— Тогда принимайтесь за дело! Весельчаки! — он потер грязную скулу и совершенно обыденным тоном, словно ничего впечатляющего не произошло, принялся отдавать команды:- Данила, помоги детям добраться до ворот, они слабы.