— Прекрати! Что это за магия?

— Маленький подарок Бездны взамен утраченного, — усмехнулся Безликий, — мы умеем вызывать желание… Останься со мной, Ветряна. Я стану таким, каким ты захочешь. Тебе понравится.

Я задумалась. Нет, не над его предложением. Задумалась, почему меня беспокоит поведение Безликого.

— Ты просишь меня остаться, — протянула я, — то есть приказать мне ты не можешь? Или заставить?

Он нахмурился. Я внимательнее всмотрелась в его глаза, стараясь понять.

— Анташар, почему ты отвечаешь на мои вопросы?

— Потому что ты спрашиваешь, — хмуро сказал он.

— И что? — не поняла я. Блондин хмурился.

— Так. Анташар, ты что же… не можешь мне не ответить?

Он кивнул.

— Почему? — изумилась я.

Безликий отвернулся. Отвечать ему очевидно не хотелось. Но потом все же процедил сквозь зубы:

— Я назвал тебе настоящее имя, — и посмотрел на меня своими серебряными глазами, — ты была слишком сладкая, Ветряна.

Я растерянно на него смотрела, пытаясь понять. Назвал свое имя, и что же?

— Подожди… Знание имени дает мне какую-то власть над тобой? — поразилась я. Безликий недовольно кивнул. А я вскочила, пораженная.

— Я никогда не испытывал столько эмоций сразу, — мрачно глядя на меня снизу вверх, сказал Безликий, — потерялся…

Святые старцы и Мать прародительница! Я закружила по комнате, бросая на застывшего Безликого косые взгляды.

— Значит, ты будешь делать, что я тебе скажу? — недоверчиво спросила я. Он помрачнел еще больше, но кивнул. Я остановилась. Подошла ближе. Безликий поднялся с колен. Глубоко задышал. Видимо, теперь он пил мое нервное возбуждение.

— Анташар, ты знаешь, как открыть Грань в мир Теней? — спросила я то, что больше всего волновало меня.

— Открыть Грань может только Повелитель Душ. Больше ни у кого не хватит на это сил, — сказал он, — зачем тебе это?

— Нужно. Очень нужно. Мне необходимо войти в Грань и найти там мою подругу…

— Из Грани не возвращаются, Ветряна! А даже если и так… Зачем тебе душа твоей подруги? Поверь, в ушедших душах нет ничего от живых… Это лишь Тени.

— Для начала туда нужно попасть, — отмахнулась я, — так. Нужно найти моих друзей. Позови грифона. Извини, Анташар, но тебе придется помочь мне. Я не хочу тебя принуждать, но… Это слишком важно. Прости. Я должна спасти Ксеню…

Он склонился ко мне, дыхание стало прерывистым, тяжелым. В глазах дрожало расплавленное серебро и наслаждение.

— Решительность. Смелость. Отчаяние. Надежда. Вина. Радость. Самопожертвование. Боль. Люб-о-о-овь… — прошептал он, — Ветряна. Я сейчас с ума сойду.

— Так не пей мои эмоции, — возмутилась я.

— Не могу, — Анташар улыбнулся, словно кот, дорвавшийся до кувшина сливок, — ты слишком притягательна для меня. Не могу оторваться…

— Зови грифона, — вздохнула я, — и… смени облик.