Ладно, я же знаю, как это работает, надо просто сосредоточиться на разминке.

Перед игрой мы по обыкновению собираемся в кольцо, обняв друг друга за плечи. Ян говорит:

– Без лишних душных речей, давайте просто сделаем все, что можем.

Глеб вклинивается:

– Да, не будем много говорить. Вы же и так знаете, что в этом году мы выпускаемся, и это наш единственный шанс на чемпионство?

– Да уж, зарядил, – с сомнением тянет Света Манкова.

Мы смеемся, и вдруг Ян орет:

– Хоп!

От неожиданности я взвизгиваю. Господи, ну неужели нельзя предупреждать?!

– На-най-на! – вторит ему зал.

– Хоп! – кричит Глеб и хлопает в ладоши.

– На-най-на! – подхватывают все остальные.

Я счастливо улыбаюсь и думаю, что этот момент я запомню навсегда.

Сразу же становится понятно, что команда соперников очень сильная, их уже не обмануть так просто. Они борются за каждый мяч и действуют удивительно слаженно. Всю игру мы идем вровень, и это дико выматывает. Выигрываем по две партии и под конец пятой все так же дышим друг другу в затылок. К тому же Кузнецов получает травму, и вместо него выходит Попов, и как бы я ни любила Мишку, он слабее Вани. Напряжение зашкаливает. Наверное, поэтому я сбиваюсь и делаю ошибку. Не успеваю отойти и принимаю подачу верхом. Боль пронзает указательный палец, и я вскрикиваю.

– Яна! – Глеб срывается с места.

Сквозь слезы, прижимая кисть к груди, смотрю на него. Какая же дура!

Карась просит тайм-аут и тоже спешит ко мне:

– Петрова, ты как?

– Выбила, – резюмирую с досадой.

– Не сломала?

– Думаю, нет.

– Продолжать можешь?

– Вы с ума сошли? Она же плачет! – кипятится Янковский, обнимая меня за плечи.

Но во мне нет ничего, кроме решимости. Я вытираю щеки другой рукой и говорю:

– Ничего. Все нормально. Просто примотайте этот палец к здоровому.

– Яна…

– Делай, что говорю! – рявкаю я, и тут же пугаюсь своей вспышки. – Пожалуйста, Глеб, просто сделай, как я прошу.

И я продолжаю игру, не позволяя себе концентрироваться на боли.

Мы снова идем вровень. Отыгрываем очко преимущества. Глеб подает с прыжка, мяч летит идеально, но его все равно принимают. Они что, роботы?! Парень из противоположной команды гасит в центр поля, но туда успевает Манкова, я разыгрываю, и тут Миша Попов кричит «Я!». Прыгает, прогибается и бьет с такой силой и по такой непредсказуемой траектории, что я перестаю дышать. Клянусь, это его лучший удар за все эти несколько месяцев. Когда мяч ударяется о покрытие зала совсем рядом с белой линией, мы хором орем «поле!» и поворачиваемся к судье. Свисток и жест рукой подтверждают нашу правоту. Очко наше. Мы выиграли. Обессиленно опускаю руки и, кажется, плачу. Болельщики сходят с ума, моя команда беснуется, на поле выбегает Оливка. Как раз вовремя, чтобы Ян увлек ее за руку в нашу беспорядочную кучу на полу.