«А ведь буквально на днях вспоминал о боевых повозках, наподобие гуситских, - подумал Александрикс, - вывести в поле такой вагенбург – колесницы легко остановит. Притом никаких нарушений устава – технологически соответствует уровню развития… Жаль, не хватило времени, слишком спешили».

Придётся отрядам старательно маневрировать. Ведь хопты используют тактику армий Древнего мира – Александрикс всё это изучал в своё время. Оборону держит плотный строй пехоты, укрывшейся за ростовыми щитами. А в атаку летят колесницы с серпами на колесных осях. Эффективно рассеивают людскую массу противника, разрубают фалангу. Это имеет смысл, если им противостоит столь же плотный строй. Но если отправить навстречу лёгкую конницу с арканами, луками и дротиками... Тогда маломаневренные колесницы растеряют по пути возничих и не успеют добраться до нашей пехоты. В общем, способы противодействия имеются, и более современные тактики тоже давно известны. К сожалению, солдат потеряем больше, чем было бы в случае применения боевых повозок. Но идущий сражаться полководец всегда вынужден терпеть жертвы, на войнах не бывает иначе.

- Ну что ж, спасибо за доклад, всё ясно, - поблагодарил разведчиков Александрикс и легко, словно юноша, поднялся с кресла. Солдаты поклонились, почтительно отступив назад.

Десятиминутный привал закончился, пришла пора продолжить поход.

- Не сбавляем темпа! Чем раньше достигнем химорийского перешейка, тем меньше укреплений успеет возвести враг.

- То есть завтра сворачиваем на полуостров, не пойдём на Орсию? – на всякий случай уточнил один из адъютантов.

- А ты плохо слышал? – недовольно поморщился император, даже от слуг требовавший сообразительности, а не просто тупого подчинения.

Адъютант виновато затряс головой, низко поклонился и, не разгибаясь, начал пятиться задом, спеша скрыться с глаз долой.

Александрикс, до сих пор не привыкший к излишнему раболепию, безнадежно покачал головой и тяжело вздохнул. Ничего больше не сказав, направился к стоящему поодаль бронлю и одним прыжком оказался в седле.

Глава 42

Из-за того, что в помещениях зиккурата всегда было темно, Мишек потерял ощущение времени. Снаружи менялись дни и ночи, но здесь, в пыльных коридорах за толстыми стенами, царили мрак и покой. Наверное, поэтому постоянно хотелось спать. После тяжелого перехода истощенное тело требовало отдыха как никогда раньше. И Мишек был рад предоставившейся для этого возможности.

Странный, но вежливый отшельник никуда не торопил, стараясь лишний раз не тревожить гостей. Наоборот, заботился о поддержке тишины и время от времени присылал безликого карлика с угощением.