Этот полуостров считается самоуправляемыми владениями цеховых мануфактур, снабжавших рыбой центральные провинции. Там не имелось крупных городов, регион включал в себя лишь десяток крупных рыбацких поселений, жизнь которых вертелась вокруг ловли, копчения, вяления, соления, сушки и даже консервирования рыбы в банках, поставляемых орсийскими стеклодувами.

Александрикс ехал верхом на крупном бронле – звере, похожем на большую лошадь, с чрезвычайно развитой мускулатурой и твердой, как панцирь, шкурой. Вдобавок, бронль был выносливее лошади – требовал меньше сна, воды и пищи.

Учитывая сильную привязанность к хозяину и редкую храбрость, животное гораздо лучше подходило для сражений, чем обычная, пусть даже тренированная, лошадь. К сожалению, Иган успел вывести лишь восемь экземпляров этих чудесных геномодов. Пересадить на бронлей всю гвардейскую кавалерию он пока не успел, намереваясь сделать это в течение ближайших лет.

Дело в том, что даже посвященные адепты Ордена, если являлись местными жителями, то к подобным работам не допускались. Генные модификации – это особый, чрезвычайный уровень секретности.

Только парочка лаборантов и ненадолго прилетавшие с орбитальной станции контрактники имели право проводить эксперименты в этой области. А тем более исследовать совместимость земных и местных форм жизни – на это вообще уполномочен только Иган, имевший соответствующую квалификацию. Даже Александрикс мог лишь смотреть –присутствовать, но не вмешиваться.

На пологом холме, возвышавшемся впереди, появились мелкие фигурки всадников. Император заметил их раньше дозорных – имплант работал исправно – сфокусировался с приближением, чтобы получше рассмотреть гостей.

Это были наши – возвращались разведчики, ещё позавчера посланные вперёд армии. Александрикс с удовлетворением отметил, что уходила дюжина – столько же и вернулось.

Колонна остановилась, император спешился, размял ноги. Пажи хлопотали вокруг, оборудуя место для короткого привала.

Прошло минут сорок, пока разведчики поравнялись с войсковой колонной, прошли необходимые проверки, и были, наконец, допущены к императору.

«Надо что-то делать с этой бюрократией…» - в который уже раз с недовольством подумал Александрикс.

– Столько времени теряем впустую…»"

"Придя к власти, он заметно сократил длительность придворных церемоний, отменил половину обрядов и традиций. Но убрать их полностью не сумел. Нововведения, упростившие процедуры, и без того вызвали немало критики. А вдобавок Динара настаивала на сохранении хотя бы протокола безопасности. В общем, новый император по праву считался настоящим скромнягой по сравнению с предыдущим владыкой, но назвать его аскетом язык не поворачивался.