- Попросишь? - она нервно сглатывает, облизывает губы, а у меня перед глазами такие картинки, что в паху простреливает от желания.

- Именно, Оль… Как тебе идея?

Я понимаю, в каком она состоянии, и беззастенчиво пользуюсь этим. Знаю, что если правильно развернуть, она даст мне все. И впервые со дня нашей внезапной свадьбы мне хочется пойти чуть дальше обычного траха.

Жена замирает, смотрит на меня растерянно, пока я прикасаюсь к ее коже, медленно расстегиваю штаны, чуть приспускаю те, сжимая упругие ягодицы.

Она так напряжена, что спугнуть раз плюнуть. А мне нужно иное.

Мне нужна она. Сейчас. Полностью.

- Давай, отмирай, принцесса.

Никогда не тянуло лизаться, но с ней конкретно в этот момент почему-то торкает от этого желания.

Она рвано дышит, упирается ладонями мне в грудь, и зверь внутри протяжно скулит, требуя вырваться на волю.

- Слушай, я не…

Вгрызаюсь в ее рот, кусаю, подавляю, трахаю языком. Мне до одури хочется в неё, в жар ее тела, тугую узость, что так охеренно сжимает меня на пике удовольствия.

Нутро скручивает от похоти, а по венам жидкий огонь.

И Ольга плывёт. Реагирует. Злится на себя, чувствую это ее упрямство кожей. И все равно поддаётся. Гнётся словно лоза под моим натиском, неохотно сдавая позиции.

Стоит признать, она и впрямь достойный противник. Не заматеревшая волчица, которая сможет вырасти в настоящего хищника, и которую не стыдно поставить рядом.

Развернув, укладываю жену. Она уже словно глина. Мягкая податливая. Такой охеренный контраст. Мои демоны скалятся довольно, потому что это со мной она такая.

Моя. Только моя.

- Нет, я…

Ее возражение захлебывается, стоит мне все же войти.

Пиздец. Это просто пиздец. Меня перемалывает. Выкручивает.

Горячо. Узко. Огненно…

Оля прогибается в спине, скорее, неосознанно. Даже сейчас, кайфуя от моего члена, пытается отстоять свою самостоятельность.

И как же люто мне это заходит. Алмаз, который нужно правильно огранить, и выйдет шедевр.

Как я не понял этого сразу? Не разглядел, едва не упустил.

- Впусти меня, - хриплю ей в ухо, прижимаюсь плотнее, чтобы чувствовала каждой мать ее клеточкой, кто ее трахает, кому она принадлежит. - Впусти, Оль…

И когда ее мышцы чуть ослабляют оборону, когда я оказываюсь так глубоко как только возможно, что-то внутри щелкает. В этот момент я ещё сам не понимаю, что это запускается обратный отсчет.

Тишину разбивает наше надсадное дыхание, ее стоны и мое рычание. Мы словно звери на случке. И это то, что надо.

К чертям разрываю ее футболку, срываю белье, сжимаю упругую грудь.

Да блядь, вот так. В огне. До конца. Так что перегруз всех систем. Чтобы на пределе возможностей.

Взгляд падает на ее шею, туда, где уже была однажды моя метка. И в каком-то безумном порыве тянусь, прикасаюсь там губами, чувствую ее пульс. Словно автоматная очередь.