Он вскинул руки, завыл:

- Духи наказали Настоящих Людей за то, что совершил Каменные Плечи! Убейте его, убейте! Духи простят! Чтобы камень звенел опять - убейте! Раскройте уши, вы, стоящие здесь! Духи велят вам: у бейте!!!

Люди задвигались, загомонили, и гомон их стремительно нарастал и креп. Каменные Плечи спокойно рассматривал неистовствующую толпу, брезгливо морщился. Он не знал страха. Но разве это защита - бесстрашие? Разве защита те несколько воинов, что сгрудились вокруг, заслоняя от прочих, нашедших, наконец, виноватого? Мало их, верных, слишком мало... Остальные, еще вчера бездумно повиновавшиеся, хотят убить. Почти все воины - хотят. И все женщины, которые не знают охоты и боя, которые всегда, всегда верили Хранителю, а не ему - все они хотят его смерти.

А Хромой будто и не слышал озверелого рева вокруг, стоял недвижимо, глядя на все еще сжатый в руке запятнанный красным нож. Его толкали - он не замечал. Он думал. И вдруг рявкнул так громко, что услышали все:

- Нет!.."

"Толпа замерла. Хромой поднял голову, увидел множество обращенных к нему лиц, увидел, как глаза Хранителя вспыхнули истерической ненавистью. А Каменные Плечи скривился в мрачной улыбке, буркнул насмешливо:

- Погодите меня убивать. Пусть сперва Хромой скажет. Хромой умный. Вдруг скажет потом: ""Зря убили"". Как исправите? А если скажет: ""Хранитель прав, убить надо было Каменные Плечи"" - исправить легко. Я один, вас много - убьете быстро... - Он тихонько захихикал, довольный шуткой.

Но Хранитель взвизгнул:

- Зачем слушать лай трупоеда, если Духи велели: ""Убейте?!"" И толпа снова задвигалась, забурлила в крикливом споре - слушать Хромого или не слушать? Одни говорили одно, другие - другое, но никто не мог хорошо объяснить, что же нужно делать теперь. И чем больше было разговоров, тем больше путались и злились говорящие.

Косматая Грудь ударял себя кулаками по облезлой макушке, в бессильной злобе глядя на готовую начаться драку каждого со всеми. Успокоить, заставить замолчать, заставить сделать нужное... Как? И кто может заставить? Каменные Плечи может, Хранитель может. Не хотят. Хотят перегрызть друг другу шеи. А кроме этих двоих - кто? Может быть он, Косматая Грудь? Ведь было время, когда Племя слушалось стариков. Было. Многие помнят.

Он крикнул, закашлялся, снова крикнул. Не слышат. Слабый старческий крик тонет в оглушительном гвалте множества могучих глоток. Косматая Грудь изо всех сил закусил беззубыми деснами губу, и вдруг, сквозь застилавшие глаза слезы, разглядел невдалеке неуклюжую громаду - Большой Тамтам. Лицо старика радостно сморщилось: он понял, что надо делать.

Остервенелый многоголосый галдеж смолк мгновенно, как только натянутая до каменной твердости кожа Тамтама ответила утробным гулом на немощные удары иссохших кулаков.