У вас должен быть праздник, обязательно, как же я рада за вас, — я обняла невесту, и к нам присоединялся Карл, помогая пройти к шатру сквозь толпу, что начала расходиться, выкрикивая, что обязательно нужно устроить гулянье.

— И когда ты планировал сказать мне? Когда будут знать все? — невеста смотрела на жениха как Ленин на буржуазию.

— Калла, нам действительно нужен такой праздник. Карл управляющий в Долине, и его слова важны для людей, а я скоро буду заниматься малышом, и кое-что придется передать вам с Шати, а Рита мне понадобится как няня. Но сейчас ничто не мешает устроить нам праздник, до сбора винограда еще есть время, и люди отдохнут денек — получат массу хороших впечатлений. Карл, когда ты планируешь этот день? — я обернулась к жениху, но сегодня, как я поняла, это был не единственный сюрприз.

— Через два дня, Калла, я уже все необходимое заказал в Альдербане, и в субботу мы с тобой, сразу после свадьбы, переезжаем из шатра в наш новый дом, — он улыбался, а Калла не могла сказать ни слова, только выдавила:

— А платье? — ее усадили в шатре, где Калерия дала ей воды.

— Платье уже шьет наша швея, я решил, что смогу сделать заказ сам. Ты можешь за два дня еще что-то в нем изменить, — он был смущен этим, и, похоже, боялся, что Калла обидится за то, что он не дал ей выбора.

— Пошла к швее, пока не поздно, — с этими словами Калла вышла из шатра и бодро пошагала по лагерю.

— Видимо, это она сказала «да», — Карл выдохнул, и сел.

— Она взбалмошная, но не дура, все будет хорошо, — Калерия налила нам всем чая, и сказала, что как только все успокоятся, нужно начать ужин. Но тут я заметила, что весь вечер не видела Дина, который то и дело снует между нами, желая знать все новости.

— Карл, где Дин? Ты видел его вечером?

— Нет, после обеда он приходил на стройку больницы, а потом говорил о том, что встречающие подводы уже отправились, но там обойдутся без него, и пошел ловить рыбу, — он встал вместе со мной, и мы почти побежали к реке. За мной неслась Шатиль:

— Он не ребенок, мог заснуть у реки, или с ребятами отправился на охоту в ночь.

— Нет, Шати, он знает, что я нервничаю, когда не знаю где он, поэтому, либо с ним что-то случилось, либо случилось что-то еще хуже, — я знала, что меня надо держать в ежовых рукавицах, чтобы не устраивала паники, но все, что касалось этого мальчика, было в отдельном уголке моего сердца. Он словно родился у меня, когда я забрала его с эшафота.

— Шати, уведи ее к шатру, и найди Каллу, а я соберу людей. А ты, — он указал на меня, — Даже не смей спорить, потому что Дюбар убил бы меня лично, если бы с его ребенком что-то случилось, — на этих словах Шати крепко схватила мою руку и дала понять, что отведет меня обратно, чего бы ей это не стоило.