Как только ноги оказываются на тротуаре, Зотов ловит мой локоть и останавливает, перешагнув через пару ступеней сразу.

Он успел надеть на голову свою дурацкую, но все же забавную шапку, и я смотрю на него, подняв вверх лицо. Опустив свое, говорит:

— Я на машине. Подвезу вас.

Из его рта вырывается облачко пара. На шапке тут же оседают снежинки. Я знаю, что последние семь лет он провел в дико холодном климате, но понятия не имею, сделало ли это его закаленнее. Вопрос, который могла бы ему задать, будь он кем-то другим. Кем-то другим в моей жизни…

— Мы живем за мостом.

Там сейчас километровые пробки. Мы поедем на трамвае, так удобнее, — объясняю, словно села бы в его машину, не будь этих чертовых пробок.

Марк смотрит так, будто глазами провожает движения моих губ. От этого под одеждой мне становится тесно и жарко. Чтобы не смотреть на его губы, разворачиваюсь и говорю быстрое:

— Пока.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— До свидания, — пищит Маруся, когда снова хватаю ее за руку и тяну в сторону трамвайной остановки.

Втягивая через нос колючий воздух, прислушиваюсь к тишине за спиной. Я не слышу шагов, и эта тишина вызывает приступ горечи в горле.

— Давай быстрее… — поторапливаю дочь, видя наш трамвай, подъезжающий к остановке.

Прячу подбородок в высоком воротнике пуховика и ускоряюсь, не упуская из вида трамвайного хвоста, будто это поможет его задержать.

Придерживая Марусю двумя руками, помогаю взобраться на первую высокую ступень в распахнутых дверях и следом забираюсь сама.

— Извините…

Резко обернувшись, вижу, как вместе с группой торопящихся пассажиров в трамвай заходит Зотов…

Глава 21

Вокруг вмиг становится тесно.

Пассажиры заполняют узкий проход между рядами, трамвай трогается, и я успеваю схватить Марусю за капюшон прежде, чем поток людей сдавит нас со всех сторон.

Бросив взгляд через плечо, не успеваю вглядеться в толпу, потому что парень на сиденье с краю встает, уступая место и отвлекая мое внимание.

— Спасибо… — подталкиваю к сиденью дочь и помогаю на него забраться.

У окна пожилая женщина смотрит в свой телефон. Подаюсь вперед, когда спину задевает чье-то плечо, и хватаюсь за кресло Маруси, чтобы удержать равновесие.

Нам ехать всего пятнадцать минут, это наш почти ежедневный маршрут, но сейчас я теряю ориентацию во времени и пространстве, потому что мысли разбежались в разные стороны.

Глазами обшариваю головы пассажиров, выискивая среди них красную шапку Зотова, все еще не веря, что он вошел в трамвай. Он в паре метров, его невозможно не заметить.

Я не уверена, что он вообще когда-нибудь пользовался общественным транспортом.