Весной самая обманчивая погода, простыть мне еще не хватало. Для полного счастья.

Приходится вернуться в дом и стойко держаться на роли главы семьи.

Ведь пока я занимаюсь похоронами, Глеб в одиночку накушивается спиртным. Он вообще не в адеквате, и вся организация похорон на мне.

Дай бог, поскорее бы мама приехала, станет чуть-чуть полегче, а пока к вечеру у меня гудят ноги, ломит спину и голова кружится. Мысли зудят, слишком большое испытание для меня."

"Даже сил поиграть с Ванечкой нет никаких. Я просто ложусь на кровать, кладу рядом любимые игрушки сына, и он возится рядом со мной. Дочка смотрит мультики, скоро погоню ее купаться.

А у самой нет сил даже привстать.

Кто-то деликатно стучит в дверь. Тетя Лариса, младшая сестра свекра.

— Оль, там Глеб наш… — бледнеет. — Кажется, совсем… того.

Я мигом сажусь на кровати.

— Что совсем, теть Лариса?

Она смотрит в сторону Тамары, но у той на голове надеты наушники.

— Совсем умом тронулся, Оль. Не знаю, что делать. Может быть, скорую вызовем?

— Где он?

— Во дворе. Оль… — вытирает слезы. — Тяжело ему сейчас, ох, тяжело! Меня слушать не стал, а ты — жена. Другое дело. Достучишься до него! Уверена, достучишься…

— Посидите с Ванечкой, — прошу.

Поднимаюсь с трудом, уточнив, где Глеб.

Да чтоб тебя, скотина такая. Нельзя мне дать времени отдохнуть хотя бы поздним вечером, что ли?!

Совсем у тебя нет совести!

Одевшись, выхожу во двор. Уже темно, горят фонари.

Глеб в одной рубашке и брюках трясет мусорные пакеты из бака.

Лицо бледное, челюсти сжаты. Вид у него, действительно, безумный.

— Ты что-то ищешь?

Глава 4

Она

Глеб не обращает на меня никакого внимания. Может быть, я слишком тихо спросила? Или слишком далеко стою?

Подхожу поближе, закутавшись в безразмерную фланелевую рубашку свекра. Она всегда висит на вешалке в веранде, местами ветхая, но теплая.

— Глеб, что ты ищешь? — спрашиваю громче.

Он резко оборачивается, ощетинившись, словно зверь, фыркает, рассматривая меня. В свете уличного фонаря глаза мужа блестят неестественно, пугающе. Шагнув ко мне, Глеб обдает меня запахом крепкого спиртного и сигарет. Морщусь, сделав шаг назад.

Он хватает меня за рубашку и дергает за ворот.

— Это что такое?

Еще раз дергает, посильнее.

— Что это такое, я спрашиваю?! Да ты в край ох…ела! Уже и рубашки его носишь при мне? А чего я не знаю! Оля! Чего я не знаю! Может быть, ты и спала с ним?! — рычит и болтает меня, будто тряпичную куклу. — Может, ты с ним спала?!

— Кретин! Отпусти! — шиплю, бью по рукам.

Ничего не выходит. Глеб ведет себя как животное.

— Сейчас я тебе покажу, кто в доме мужик, покажу, кто в доме хозяина. А ну, пошлаа!

Дернув меня в сторону, Глед тащит меня к летней кухне.