— Могу сказать только одно: я обязательно все проверю. И еще одно.

Протянувшись через весь стол, Иван накрывает мою руку своей ладонь.

— Вам очень много досталось за последние дни. Но несмотря на это, вы хорошо держитесь. Вы — большая молодец.

Ладонь у Ивана сухая, горячая и немного шершавая. Он не спешит отнимать свою руку, а я даже не знаю, как реагировать.

Опускаю взгляд в тарелку с десертом, понимая, что перед глазами все расплывается. Не хотела плакать, тем более, в общественном месте, и вот, пожалуйста!

Осторожно вынимаю салфетку из держателя, подношу к глазам, промокнув ресницы.

— Спасибо. Все хорошо, правда. Я сейчас приду в себя. Просто… по детям скучаю, — выдавливаю из себя.

Поднимаю взгляд, Иван смотрит на меня с сочувствием, но без той нотки жалости, которая всегда звучит унизительно, неважно, в голосе или во взгляде.

И, кажется, он без слов понимает, что дело совсем не в детях. Конечно, я скучаю по ним безумно, но плачу не поэтому.

Мне просто горько, что слова поддержки я слышу от постороннего и чужого мужчины, а свой, когда-то любимый и родной, ведет себя, словно чудовище!

***

После обеда Иван везет меня к дому мамы, но, не доезжая до дома, я прошу мужчину остановиться.

— Можете припарковаться?

— Куда? Туда? А черт, уже проехал. Здесь разворачиваться нельзя, придется небольшой крюк сделать.

— Извините.

— Ничего страшного. Тут метров двести. Не больше. Кого-то увидели, Оля?

Киваю. Я не уверена, но мне показалось, что в небольшом парке я видела маму и детей на игровой площадке. Иван едет неспешно, останавливается неподалеку. Я выглядываю, смотрю с улыбкой: да, это мои детки. Мама с ними.

Веду взглядом немного дальше, и улыбка вянет на губах. Я замечаю Глеба, он стоит в метрах десяти от детей и с кем-то разговаривает по телефону.

— Ваш супруг, — замечает Иван.

Голос мужчины нельзя назвать полным радости. Скорее, в нем полно скепсиса.

— Да, это он.

Радостное настроение омрачается. Я не готова к этой встрече.

Глеб обещал, что приедет за мной в больницу, но я специально попросила отпустить меня пораньше, чтобы с ним не пересекаться… И вот, пожалуйста, он гуляет с детьми.

Какого черта, злюсь!

Неужели со своей прости…машкой не нагулялся? Взял бы ее под белы рученьки и водил по женским консультациям и салонам автомобильным!

Не хочу идти туда, к нему, разговаривать…

Но и сидеть в машине следователя как-то неправильно. Задерживаю человека, у него работы полно. Несколько раз напарник уже звонил. Иван отвечал односложно и даже ругнулся приглушенно, словно тот пошутил неудачно…

— Наверное, мне пора. Спасибо, что подвезли, — пытаюсь улыбнуться.

— Да. Конечно. Вы мой номер сохранили, Оля?

— Да, — проверяю в телефоне, называю последние цифры.

Иван кивает."

"— Это служебный. Еще один номер добавьте.