И кто только надоумил в разные лаборатории тогда отправить… Твари!"

"Может, кстати, отец сдал. Мы с мамой все продумали: во все самые лучшие клиники проплатили заранее нужный результат. Давид он какой? — Ему лучшее подавай. Понятно же было, куда он меня поволок. Я и не боялась, соглашаясь на этот цирк. Где просчиталась не пойму.

И срок вышел. Не знала, что затянется так. Избавилась бы… а теперь вот сижу и жду, когда сам вылезет. Или сама. Даже узнавать не стала. Ничего хорошего в этой беременности нет. Тяжело, душно, изжога, тошнота. Одни неприятные ощущения. А теперь еще и толчки прибавились.

— Ты слушаешь меня?

Голос отца врывается в мысли. Раздражает. Меня все раздражает.

Бесит, что даже Лерка отдалилась. После той выходки перед днем рождения выскочки она приняла ее сторону. Как так можно вообще? У нас типа дружба была. А она. Тоже сука. Инка вообще в стороне осталась. Сказала, не хочет участвовать в этих играх. Артур ее тогда не понял, ругались они капитально. Хотя какая ему разница до того, что происходит в жизни других? Ему—то вообще чего туда лезть было? Я хоть немного отомстила: отправила с курьером подарок — положительный тест на отцовство. Чего добру было пропадать, раз оплачено, правда? Надеюсь, девка испытала весь спектр эмоций, когда его получила.

— Наташа!

— Отец, я же просила, не ори. Я все равно не слушаю.

— Замуж пойдешь, Наташа. За того, за кого я скажу. Поняла меня? И без выкрутасов!

— Посмотрим.

Никуда я не пойду. Рожу и уеду в Калифорнию, например. Там красиво. Там сестра мамы живет. Нормальная тетка, мы всегда хорошо ладили.

Слышу хлопок двери. Ушел. Ну и славно.

Подгибаю под себя ноги и тянусь за бокалом. Один в день можно. Ну ладно, полтора тоже погоды не сделают.

***

Ненавижу. Всех ненавижу. Девять месяцев мучений с животом и прочими неприятностями, связанными с положением. А теперь эти схватки. Ну кто, кто в сознании вообще рожать соглашается? Надо было кесарево просить. И хрен бы с ним, со шрамом. Сама теперь виновата.

— Скоро?

Недовольно смотрю на молоденькую медсестру. Глаза таращит. Что, милая, не видела никогда столько охраны? Отец нагнал. Сначала после того разговора карты заблокировал. Старый пень. Хорошо, я продуманная — каждый день налик снимала и откладывала. Не знаю сама зачем. Хотя нет, знаю. Сначала думала подсобрать и девку ту купить. Не срослось. Зато самой пригодились.

Что за гадина, а? Даже сейчас отправляет мои мысли. Я так ненавидела в школе одну. Тоже, кстати, Сашей звали. Всегда лучшей ученицей была, учителя любили. И одноклассники. Выскочка. Хорошо, что ее из школы перевели. Это ее спасло. Я на грани уже была.

Как больно! Кричу, вцепившись в ручки кровати. Чувство, что изнутри рвут.

— Наталья, Вы в родах. Сейчас все подготовим, и будете делать так, как я говорю.