– Ну… – Костя посмотрел на Валеру. Тот на своего босса. – Начинали они примерно в одно время. И крутились примерно в одинаковых кругах. Возле кормушки. – Арбенин проследил за последним движением Магницкого, эффектной поддержкой, и потянулся за водой.

– Только она с чистой части этой кормушки. Возле номенклатуры и спортсменов. А он – с грязной. Там была та же номенклатура. Но вместо спортсменов всякая бандитско-уголовная публика, – продолжил мысль босса Валера.

– А можно хоть сейчас без их прошлого? Красиво же…

Никогда бы не подумала, что стану защищать Генриховну, однако сейчас хотелось лишь смотреть и восторгаться.

– Краси-и-во! – будто ждали своего часа, подпели мне дети.

И взрослые исполнительно закрыли рты.

* * *Во время второго танца за нашим столиком стояла тишина. Дети смотрели исключительно на бабушку и ее седовласого кавалера. Арбенин обжигал взглядом мою левую щеку. Войтенков, кажется, вспомнил, что он фотограф, накрутил на фотоаппарат какой-то короткий объектив и ушел «в поля» – под сцену.

Третьего танца не было. После второго гости ресторана аплодировали так долго, что Генриховна успела не только сделать пару глотков из фужера, но и незаметно исчезнуть из зала.

Пользуясь тем, что дети резко принялись за еду, я тоже исчезла. Лицо просто необходимо было обдать холодной водой. А заодно отдышаться.

– Я смотрю, он все же устроил тебе шопинг! – послышалось со стороны умывальников, стоило пересечь порог дамской комнаты. – Сама напросилась или наш миллиардер додумался?

– Мой чемодан случайно не с вашей помощью пропал?

Еще минуту назад я восхищалась этой женщиной, а сейчас вспомнила, с кем имею дело.

– Каюсь. Не я. Правда догадка, кто мог помочь ему затеряться, имеется.

– Поделитесь?"

"– Еще чего! – Бабуля фыркнула и, отвернувшись к зеркалу, принялась внимательно изучать свое отражение.

– Валера сказал, что вы уже съехались с… сами знаете с кем.

Я подошла к ней поближе и открыла кран.

Вряд ли шум воды мог полностью заглушить наш разговор, но многолетнего чекистского опыта у меня за спиной не было.

– Вы съехались раньше, но, как я понимаю, без результата. – Генриховна поправила помаду. – А у меня не так много времени, чтобы терять его напрасно.

– Мы не теряем. У нас все замечательно. Просто никуда не спешим. – Не знаю, почему я оправдывалась. Тем более перед этой женщиной.

– Знаешь, девочка, от холодного душа у мужчин бывает не только воспаление легких, но и косоглазие. В левую сторону.

– Вы сейчас намекаете, что Костя может…

– Я? Намекаю? – Генриховна резко закрыла свою сумочку и выстрелила в меня презрительным взглядом. – Милая, это мама тебе может намекать. Мне это твое хрупкое душевное равновесие до лампочки. Я всегда говорю прямо.

– Тогда я вам тоже говорю прямо.