У нас с госпо… – Я осеклась на полуслове. – У нас с Костей все хорошо.

Ухмыльнувшись, Аделаида Генриховна царственной походкой проследовала к двери. Открыла ее. И, оглянувшись, уже миролюбиво произнесла:

– Гордость – штука хорошая, редкая. Однако иногда… – По лицу бабушки растеклась улыбка. – Иногда нужно позволить взять себя на абордаж.

Глава 24. Неспокойная ночь

Варя

После дамской комнаты в зал я возвращалась сама не своя. Подушечки пальцев покалывало. Губы саднило. А с сердцем опять случилась та самая неизвестная болезнь – оно ускорялось, потом замирало. И так по кругу. Будто проверяло, сколько еще мое тело сможет выдержать.

С мозгом творилось то же самое. После слов про абордаж перед глазами, как на карусели, замелькали все самые яркие картинки последних дней.

Первые наши с Костей прикосновения на чердаке и мой страх темноты, который толкнул в мужские объятия. Нелепая встреча голышом в ванной отеля и безумный поцелуй после морской прогулки. Сказочная свадьба на берегу и две ночи жадных ласк. В отеле, в больнице – словно мы с цепи сорвались и не могли иначе.

Десятки часов непривычных ощущений. Желание, от которого кружилась голова, а тело плавилось как воск в горячих руках. И всего несколько дней отношений.

Не так уж много.

Ничего общего с рассказами подруг о романтических прогулках по вечернему проспекту или походах в кино. Сразу в омут с головой. И не с милым безобидным парнем, а с тем, кого еще недавно боялась и считала монстром.

На последней мысли чуть не расхохоталась. «Монстр Костя», «чудовище с калькулятором вместо сердца» – по версии сестры. Стойкий отец самой любопытной на свете двойни. И мужчина, с которым мне хотелось чувствовать себя женщиной.

«Нужно завязывать с холодным душем!» – решение пришло само. Оно прозвучало скрипучим голосом Генриховны. И все мои панические симптомы как рукой сняло.

За короткую дорогу от дамской комнаты до столика я успела три раза спросить себя: «Готова ли?» Ответить: «Да». И вспомнить, куда положила красивый комплект нижнего белья от нашей Маты Хари.

Вряд ли Костя смог бы сдерживаться и дальше. В раздевалке он уже не контролировал себя. Мне нужно было лишь уложить детей и отпустить тормоза.

«Всего ничего!» – подбодрила я себя. Но, не доходя до столика, резко остановилась.

– Малышня быстро съела свой ужин и чуть не вырубилась прямо в тарелках, – тихо, почти не двигая губами, пояснил Войтенков.

– Меня не было минут десять…

Взгляд скользнул по столу. Мой салат стоял нетронутым. А три тарелки рядом были пусты. Арбенины, похоже, устроили чемпионат по скорости поедания ужина. Обычно даже на самую вкусную пиццу уходило полчаса, а тут… как подменил кто.

– Иногда они очень быстрые. – Валера пожал плечами. – Босс повел их домой.