Загорский на это отвечал, что лучше не надо, надо — чтобы совершенно как настоящие.

— Хорошо, — сухо сказал Бокий. — Но, поскольку дело ваше — высочайшей секретности, я просил бы полномочиями не злоупотреблять.

— Не волнуйтесь, — кивнул Загорский, — козырять удостоверениями будем только в крайнем случае.

Они направились в канцелярию Спецотдела, которым командовал Бокий. Пока готовились документы, Глеб Иванович пытался выведать у Загорского, что он знает о тибетских махатмах. Нестор Васильевич рассеянно отвечал, что никаких махатм он в глаза не видел, если не считать за таковых разнокалиберных тибетских монахов всех возрастов и рангов.

— А Далай-лама, — спросил Глеб Иванович с легким замиранием сердца, — как он вам показался?

Загорский коротко отвечал, что Далай-лама — серьезный человек, и он бы ему палец в рот не положил…

* * *Раз в месяц совладелец компании «Элáйд Америкэн Корпорэйшн»[18] мистер Арманд Хаммер ходил на бега. Он любил Московский ипподром, заново открытый несколько лет назад, любил плавный быстрый бег лошадей, деревянный запах трибун, атмосферу разгоряченной толпы и едва уловимый аромат больших денег в тотализаторе.

Впрочем, для Хаммера деньги эти не казались большими, на бега он приходил не выигрывать, а сбрасывать пар. В удачные дни он проигрывал несколько сотен рублей — это горячило ему кровь, и он возвращался к рутине финансовых будней освеженным.

Подводя предварительные итоги, можно было сказать, что три года в советской России не прошли даром. Братья Хаммеры — Виктор и Арми — были, без сомнения, главными американцами Советского Союза. В 27 лет Арманд представлял в СССР интересы тридцати семи американских компаний, в том числе таких гигантов, как корпорация Генри Форда.

Офисы в Нью-Йорке, Берлине, Лондоне, Риге и, наконец, в Москве, на Садовой-Самотечной, в двух шагах от Кремля."

"Справедливости ради стоит сказать, что торговое представительство американских фирм было лишь частью бизнеса братьев Хаммеров, причем частью малой, надводной, как это бывает с айсбергами. Подлинное же, по-настоящему любимое дело Арманда Хаммера заключалось в скупке и переправке российских драгоценностей на Запад, в первую очередь — в Североамериканские Соединенные Штаты.

Человек неосведомленный, конечно же, удивился бы: зачем толстосумам-янки русские бриллианты? Но дело было не так в бриллиантах, как в их прежних хозяевах. Мистер Хаммер с подачи большевистских властей предлагал ценности, принадлежавшие знатнейшим русским родам, в том числе, разумеется, и великим князьям и даже самому императору. Кичливые потомки первых английских семей, в XVII веке пересекших Атлантический океан и основавших Америку, хотели чувствовать себя в родстве с древними дворянскими родами.