– Мама гладила меня по голове, по спине, по плечам. – Мы его починим.

Не знаю, сколько времени я проревел: казалось, целую вечность. Лицо у меня опухло, а голова перестала соображать.

– Я голодный.

– Голодный – значит, живой. Пойдем что-нибудь слопаем.

И мы пошли искать еду. Даже несмотря на то, что случилось, я не мог не видеть, как красиво вокруг. На канале были припаркованы разноцветные лодки: новенькие и блестящие и совсем старые с облезшими надписями. По берегу, как безумные мухи, носились велосипедисты. С балконов домов, больше напоминающих магниты на холодильнике, чем настоящие дома, свешивались цветы. И повсюду на улице, прямо на земле, были выставлены столы кафе, и все сидели, смеялись, курили сигареты, пили и ели.

– Смотри, как тут мило. Сядем?

Мама остановилась у одного из таких кафе. Снаружи все уже было занято, и мы пошли внутрь. Там было тихо и пусто.

Мы заказали жареное мясо, салат, картошку фри. Мама попросила кофе, а я – горячий шоколад со взбитыми сливками.

– Ну, ты как? – спросила мама.

– Уже лучше, – сказал я, но сразу вспомнил про Вильгельма, и в горле вырос большой горький комок.

– Мы его починим, Морковкин, не переживай, – тихо сказала мама и сжала мою руку. – А теперь пойдем домой, на сегодня достаточно впечатлений.

И тут я понял, что безумно устал. Дома я сразу забрался в кровать, а мама легла рядом и спела мне «Богемскую рапсодию», но не громко и весело, как тогда на кухне, а тихо и грустно. Засыпая, я смотрел на потолок, по которому скользили лучи от фар проезжавших по улице машин. Я сам не заметил, как заснул.

Глава 26. Мы с мамой катаемся на велосипедах и находим кое-что очень важное"

"Когда я проснулся, оказалось, что мама уже сходила в магазин и принесла свежие булочки, кофе в стаканчике, апельсиновый сок и еще кучу всякой вкуснятины. В окно квартиры заливалось солнце, и казалось, что вчера как будто и не было. Я набил рот булочкой и пошел осматривать квартиру, которую мама сняла на «Эйрбиэнби». Вчера я так устал, что даже не обратил внимания на то, как тут все устроено.

– Не забудь почистить зубы, – крикнула мне мама. Ну вот. Я пошел в ванную, выдавил на щетку пасту, засунул в рот и вдруг увидел на стене, справа от зеркала, пингвинов, выстроившихся в очередь на снежной горе. Тех самых пингвинов. С той самой фотографии. С той самой выставки. Того самого Йохана Янсена.

– Мама! – заорал я.

– Почистил?

– Мне нужна твоя помощь.

– Что такое?

– В Голландии живет один фотограф. Помнишь, Макс водил нас на выставку? Так вот, это была его выставка. Я бы очень хотел с ним познакомиться. Как ты думаешь, мы сможем его найти?

– Морковкин, ну, вообще-то сомневаюсь. Голландия, конечно, маленькая страна, но не настолько, чтобы за несколько дней найти человека.