Мужа она назвала неудачником и призналась, что недавно выпила маленькую таблеточку, чтобы прервать вторую беременность. После этих слов Хабиба ушла, забрав с собой ребенка. Позже она подала на развод и алименты.

Имран продал дом и купил двушку. Часть денег ушла на реабилитацию матери, другая на обновление машины. Он работал в “Яндекс. Такси”, платил алименты на троих детей и заботился о Юлтуз. Через пару лет она могла уже сама передвигаться по дому на палочке, что врачи называли очень хорошим результатом. Присмирела, никуда не ходила и целыми днями смотрела сериалы. Всю домашнюю взял на себя Имран.

Однажды младший брат приехал из Китая навестить мать и предложил брату совместный бизнес по поставке компьютерного оборудования. Имран в этом мало что понимал, но решил попробовать. Пошло. С того дня он мог позволить себе чуточку больше и внезапно вспомнил о детях.

Эсмигюль никогда не была против встреч бывшего мужа с двойняшками. Но в первые годы они были очень редкими, раз-два в год. Он вспоминал о них раз в пятилетку, поздравлял с днем рождения и Новым годом и снова пропадал. Папа в жизни Ситоры и Руфата был, но шёл фоном.

И они к этому привыкли. А вот нынешняя неожиданная активность удивила всех и даже насторожила.

— Ну конечно, он теперь их повезет к ней, — ворчала в своем кабинете Эсми, когда вновь вспомнила разговор с бывшим. — Дети большие, хлопот с ними нет. А то, что она их выкинула из своей жизни, этого ничего.

Эсмигюль все еще была обижена на Юлтуз за всю ту грязь, которую она вылила на нее после развода. После того, как та слегла, Эсми ни разу не навестила ее и не привезла детей, хотя мама говорила, что может быть стоит. Но Эсми так этого не сделала.

Настроение к вечеру немного улучшилось. Эсми хоть и выехала в школу в шесть вечера, но все равно попала в пробку. До центра добиралась почти час, а потом еще десять минут искала парковочное место. Еле-еле приткнувшись между двумя машинами, она вылетела из салона и побежала по улице. В окнах школы горел свет, родительские собрания начались пять минут назад, а Эсми опоздала. Схватившись за ручку двери, она нажала на ее, потянула на себя, а когда переступила порог, поняла, что дверь кто-то придерживает. Оказавшись в пустом холле школы, Эсми обернулась и застыла, приоткрыв рот от удивления.

— Вы?

Перед ней стоял Муслим Магомедович Мамедов. Только уже не в медицинской форме, а в брюках, голубой рубашке и черной куртке.

Глава 15. Родительское собрание

— И снова здравствуйте! — непринужденно поздоровался он, словно совсем не смутился неожиданной встречей. — Мир, конечно, тесен.

— Не то слово, — улыбнулась Эсмигюль. — Значит, тоже на родительское собрание.

— Да, к дочке."

"В груди кольнуло от того, что ее догадка подтвердилась: он женат, еще и дочь есть.