А когда внимательно изучил остальную одежду горничной и сравнил ее с блузкой, уже окончательно убедился, что это чужая вещь и ее сюда повесили совсем недавно — и как раз для меня.

— А как вы об этом догадались? — спросила Настя."

"— Видишь ли, все остальные вещи в шкафу были дешевыми изделиями китайского либо отечественного производства. А эта блузка имела бирку, говорившую, что она сделана во Франции, хотя сама блузка была совсем не броская, не шикарная — так, рядовая повседневная одежда. Само по себе это еще не могло служить доказательством подлога. Но дело в том, что блузка была еще и на размер меньше, чем остальные вещи. А это, в совокупности с ее европейским происхождением, уже ясно указывало на другого человека. Оставалось только решить — на какого.

Кроме Прыгуновой, в доме в тот момент находились еще три женщины: ты, Настя, Катя и сама хозяйка, Ольга Григорьевна. Тебя я отверг сразу: хотя и заметил твое особое отношение к Кате, а также к Косте, к истории с «призраком» все это не имело отношения. К тому же блузка явно была не в твоем стиле, да и не в Катином. Оставалась Ольга Шаталова. Я понял, что это она подсунула мне одежду, в которой был «призрак», и что этим «призраком», скорее всего, была она сама. Теперь оставалось только внимательно следить за всем, что она делает и говорит, — и я бы отгадал эту загадку. На разгадку мне потребовалось два дня. И, к сожалению, за это время погибли Варя и ее мама. Надо было мне думать быстрее…

— И как же решается эта загадка? — спросил Костя. — Зачем Ольга изображала «призрака»?

— Ну, это как раз понятно, — опередив сыщика, ответила Настя. — Она просто хотела завладеть имуществом Виктора Петровича. А потом и твоим…

— Да, верно! — воскликнул Костя. — Как я сразу не догадался! Это же она подбросила кусочек ткани с моих джинсов на тело папы! Ей это было сделать легче легкого! Ведь она свободно заходила ко мне в комнату, была и в бельевой, где стиралась вся одежда…

— Совершенно верно, — кивнул Гуров. — Когда я разгадал загадку кремовой блузки, я сразу вспомнил про кусочки материи, найденные на теле Шаталова, и подумал, что они могли быть туда подброшены убийцей. Поэтому ничуть не удивился, когда лейтенант Семенов приехал с готовым обвинением в твой, Костя, адрес.

— Вот почему вы были так уверены в моей невиновности… — произнес Костя.

— Да, и поэтому тоже. Ну, и показания Насти и садовника Петренко сыграли свою роль. Но я хочу поправить Настю: Ольга Шаталова не просто хотела завладеть имуществом мужа, ею двигала не одна только жадность. Нет, ею двигала более благородная страсть, а именно — любовь. Любовь и стремление спасти своего любимого.

— И кто же этот любимый? — спросила Настя.

— Денис Линев, конечно, — ответил сыщик.