Потом уже и князь Агренев неплохо отвлек глаза и уши Хозяина земли Русской, от тягостных раздумий и составления в уме подробных рапортов — тем, что принес из спальни, в которой они временно сгрузили немаленькую горку багажа, свой личный саквояж.

— Михаил Александрович, как думаете: если мы приедем на встречу без вас, противная сторона сильно расстроится?

Наблюдающий за тем, как его друг выгружает на свежую скатерть пачки с патронами и аж два десятка пустых магазинов, Великий князь с едва заметным вздохом ответил на очень толстый намек-предложение поберечь свою драгоценную персону:

— Мое присутствие заявлено непременным условием обмена.

Скорее всего, как гарантия отсутствия жандармов, и тому подобных… Нежелательных для них персон.

Недовольно нахмурившись, Александр разодрал упаковочную бумагу и начал набивать девятимиллиметровыми латунными цилиндриками первый из магазинов увеличенной емкости:

— Тц! Тогда вам надо дополнительно принарядиться перед встречей.

Поморщившись, августейший курьер, прибывший в Порт-Кале обменять деньги брата на письма деда, слегка капризно (и абсолютно непонятно для старательно греющего уши Шиллинга) заметил:

— Но тогда мне будет неудобно! И так подвижность ни к черту… Да и вообще!.

.

Агренев, не прекращая один за одним вщелкивать новенькие патроны с окрашенными в черное носиками пуль в уже второй по счету длинный магазин, так же непонятно парировал:

— Зато нам всем будет гораздо спокойнее.

Едва заметно насупившись, Его императорское высочество милостиво согласился с доводами друга, отправившись «принаряжаться» в спальню. Пользуясь его отсутствием, штабс-ротмистр Шиллинг подсел поближе: раз уж выпал случай наладить более тесное знакомство с влиятельным и чертовски богатым аристократом, надо быть полным дураком, чтобы его упустить! Нет, как и любой офицер лейб-гвардии Измайловского полка, он был, так сказать, на короткой ноге с тридцатилетним «павлоном»[2]— но одно дело быть всего лишь одним из множества знакомцев, и совсем другое, перейти в разряд близких приятелей…

— Кхм!.

. Александр Яковлевич, вы уж простите, если я не ко времени?

Не прерывая несколько однообразный процесс набивки очередного, на сей раз стандартного магазина, оружейный магнат повернул голову и без труда заметил, как увлекающийся стрельбой вояка «облизывает» вглядом лежащий перед ним пистолет.

— Это ведь не «Рокот»? Калибр не соответствует, и, так сказать, обводы… Но и не «Орел», уж его-то я с закрытыми глазами опознаю. Какая-то новая модель «Плетки»? К сожалению, не могу разглядеть клейм…

— Их никогда и не было, Николай Николаевич. Это модификация «Рокота» под патрон девять-двадцать один, для скоростной стрельбы."

"— М-м? Припасы со стальным сердечником?..