Парень показал мне слегка изогнутую пачку жевательной резинки (извлёк он её будто из воздуха, как настоящий фокусник). Но я покачал головой и заявил, что одной пачки жвачки мне вполне хватит. Ушастый разочарованно вздохнул.

— Так бы и сказал, что у тебя денег больше нету, — проворчал он.

Я спросил у Смирновых:

— Много на матче сегодня было народу?

— Прилично, — сказал Паша. — Почти полный зал набился.

— Там же жвачку раздавали! — сообщил Никита. — Из моего класса пятеро пришли. А из Пашкиного почти все пацаны явились и даже две девки. И из нашего двора пацаны были.

Мы удачно сидели. Канадцы прямо в нас жвачку бросали. Повезло…

Никита рассказывал мне о том, как иностранцы швыряли в зрителей хоккейного матча «ригой» (жевательной резинкой «Wrigley»). Похвастал, что поймал почти столько же пачек, сколько и его старший брат («только на одну ригу меньше»). Пожаловался, что милиционеры и солдаты запрещали собирать упавшую на пол жевательную резинку («но мы с пацанами её всё рано всю смели»). Рассказал он и о том, чьи жалобные крики я недавно слышал: однокласснику Никиты после матча «раздавили» руку (парень упал, и по нему «прошла толпа»).

Никита тряхнул карманом куртки, в котором звякнули друг о друга значки. Сообщил мне, что надеялся на «обмен» с иностранцами (потому они с братом и рванули из дворца спорта в первых рядах), а те «не пришли к автобусам».

Я слушал торопливый рассказ младшего из братьев Смирновых; видел, как предлагавший мне жвачку за «четвертак» ушастый паренёк подошёл к капоту машины Высоцкого и чиркнул спичкой.

— Вэ, Мэ и английская Вэ! — громко прочёл парнишка надпись на логотипе автомобиля.

— БМВ, — поправил его Паша Смирнов.

— Это немецкая машина. Из ФРГ. Мне батя рассказывал, что Высоцкий на БМВ сейчас ездит. Папка сам это видел. Но только у Высоцкого не серая машина, как эта, а синяя.

Ушастый паренёк потрогал логотип БМВ пальцем."

"— Пацаны, дайте мне ножичек, — попросил он. — Я эмблемку эту отдеру. Медаль себе из неё сделаю. Клёвая медалька получится!

— Я тебе сейчас уши отдеру, — отозвался я. — Свали от машины, малой!

Я угрожающе топнул ногой. Ушастый паренёк на шаг попятился и от БМВ, и от меня.

— Дядь, а тебе что, жалко? — спросил он.

— Или это твоя ВэМэВэ?

— Это моего друга машина, — сказал я. — Такие машины в Москве есть только у него и у Владимира Высоцкого. Вон, Паша знает.

Смирновы (оба) кивнули. Паша призывно махнул рукой.

— Поехали по домам, пацаны, — сказал он. — К автобусам не пойдём. Мне сказали, что у канадцев с нашими ещё одна игра будет. Там мы с ними и махнёмся. А сейчас их искать уже нету смысла: они, наверное, уже уехали.

Парни попрощались со мной, поочерёдно пожали мне руку (в том числе и ушастый парнишка).