– Когда прибудет машина? – вежливо поинтересовался Стас.

Девушка с трудом сдержала на лице спокойное выражение и затем улыбнулась. Вышло у нее криво.

– Папенька сказал, что в город должна прибыть какая-то важная проверка. Что все может измениться. Так что мне лучше пока пожить здесь, - растерянно ответила Синькова. - Я так и не поняла, что произошло. Вы ведь тоже не знаете. Иначе бы уже рассказали мне.

Стас довольно усмехнулся:

– А что тут непонятного? - ответил он. - В город едет комиссия Синода, жандармы и кустодии. Они проведут проверку по поводу многочисленных нарушений.

И решат, что делать с главами Новорильска. А как вы уже не раз нам напомнили, ваш батюшка не последний человек в городе.

От этих слов лицо Марфушечки побелело настолько, что оно могло соперничать с простынями в моем доме в Петрограде.

- Папеньку? Проверять? И какие нарушения могут ему вменить?

- Как минимум захотят выяснить, отчего в городе считают допустимым приносить в жертву подданных империи. И обворовывать случайных путников.

- Что? – искренне удивилась девица.

- Выяснят, у кого и по какому праву вы изъяли музыкальный инструмент.

Тот, что находится в вашей гостиной, - продолжил пояснять Зимин.

Видимо, о таком варианте развития событий она никогда и подумать не могла.

- Обворовывать? Да что вы говорите? – запинаясь уточнила она. – Это конфискат. И хранится он в жандармерии. В здании, где и положено хранить всякие улики.

- И с этим разберутся, - пообещал мужчина.

– И… когда я смогу вернуться домой? - глупо уточнила она.

Зимин пожал плечами:"

"– Если ваш папенька не отправится в острог, в чем я сильно сомневаюсь, то скоро вы сможете вернуться в Новорильск.

– А за что его в острог? - с вызовом спросила Марфушечка.

- Он служил в посольстве!

– Я не сказал, что его обязательно отправят туда, - поправил ее Стас. - Я уточнил “есть такая вероятность”. Так или иначе, комиссия будет решать, что делать с вашим батюшкой дальше. Но если Олега Олеговича все же арестуют, возвращаться в город вам будет незачем

– Почему? - не поняла Синькова и ее губы задрожали.

– Потому, что новый начальник жандармерии вряд ли будет рад вашим притязаниям на здание, - терпеливо продолжил Стас .- Это при условии, что горожане, питающие к Синьковым не самые теплые чувства, не поднимут вас на вилы.

– Что? - ахнула Марфуша. – Я не смогу вернуться в мой дом!

– Это ведь здание жандармерии, - напомнил кустодий. - Вашего отца направили следить за порядком.

- Вероятно, выделили квартиру для проживания от Империи, - предположил я.

- Папенька говорил, что ему дали какую-то халупу на отшибе. Но ему удобнее жить на работе. И там все наше. Все добро…

- Вашего там нет ничего. А если и есть, то с большой долей вероятности имущество отнимут в пользу Империи.