Через миг — свободные и никем не замеченные мы уже торопились по широким, светлым коридорам навстречу морозной зимней полуночи, ярким северным звездам и сводящей с ума страсти и нежности, которые обещали подарить друг другу этой ночью.

Эпилог

несколько лет спустя

На весь первый этаж разлетелся громкий детский смех:

— Не догонишь, папа! Не догонишь!

Мальчик четырёх лет — с короткими темными волосами и карими глазами — бежал по залитой огнями роскошной гостиной, визжал от удовольствия и прятался от отца-дракона, идущего по пятам.

Дракон был хитер, а еще прекрасно ощущал родную кровь и даже тогда, когда малыш притаился за диваном, бесшумно приблизился, склонился и поймал сына за плечи.

Мальчик заливисто взвизгнул и как только оказался у отца на руках весело рассмеялся.

— Попался, — Стефан прижал сына к груди и почувствовал отклик могущественной магии в крови малыша. Растёт сильный темный маг. Еще два-три года и магия Стефана младшего сравняется по уровню с отцовской или даже ее превзойдёт.

Малыш, сцапанный властным отцом-драконом, обнял папу за плечи и принялся теребить его заметно отросшие черные волосы, сплетенные в тугую толстую косу, достигавшую лопаток.

— А когда вернётся мамочка? Я соскучился. — Задал вопрос, как только глава семейства устроился в кресле у ярко пылающего камина и усадил сына себе на колени.

Влюбленное сердце дракона погладили лучики теплоты.

Мысли об эйлане всегда будоражат звериную ипостась, заставляют кровь кипеть и тянутся к ней, несмотря на расстояния и массу дел.

— Мы не будем ждать ее возвращения, — губы Терьена дрогнули в предвкушающей улыбке. По одной половине лица скользнула чешуйчатая дорожка из чистого золота. — Сами поедем в Академию.

Стефан младший отлип от отцовской груди и заглянул в папины карие, с фиолетовыми всполохами глаза.

— Прямо сейчас?

— Да, сынок, — решительно, твердо. — Сделаем маме сюрприз.

Рывок, Стефан с сыном поднимается из кресла и, стремительно направляясь в главный вестибюль, приказывает дворецкому:

— Подать экипаж!

Десять минут в салоне, обитом кожей, теплом и уютном — вместе с любознательным малышом и карета заворачивает к огромным, гостеприимно распахнутым вратам, ведущим в широкий внутренний двор, мощенный серым камнем.

— Мамина Академия! — Стефан младший прильнув к окну, ткнул пальчиком в многоэтажное здание с башенками и переходами, и нетерпеливо оглянулся к отцу.

Терьен тепло улыбнулся, дождался, пока экипаж остановится неподалеку от парадного крыльца и, подхватив сына на руки, вышел на улицу.

В лицо ударил промозглый весенний ветер, перемешанный с крупными снежными хлопьями.

Близился вечер, было холодно.