— Вы… ты… — голос ото сна был тихим и хриплым, — очнулся?

— Да, Ника, — спокойно ответил, продолжая ласкать мою щеку.

— Так быстро?

— Драконы сильны и выносливы. Нас непросто убить.

— Но ты истекал кровью, — пробормотала сонно. — Кровотечение было ужасным. Я видела. После таких почти не выживают!

Дракон нежно улыбнулся и искренне произнес:

— Волновалась за меня?

— До безумия, — процедила обидчиво.

Я думала — он на грани! А выходит, для Стефана это рядовое незначительное ранение?

Хотела отпрянуть подальше, но он склонился и, не давая прийти в себя, прошептал прямо в рот:

— Я благодарен, эйлана.

— За что?

— За то, что все эти часы была рядом, — его улыбка стала шире, азартней. В карих радужках сверкнуло пламя. — Со мной.

И запечатал рот пары страстным поцелуем, отметая любые сомнения — что мне позволят ускользнуть.

Я хотела возмутиться и оттолкнуть властного дракона, но не смогла.

Его сладкие губы затягивали в омут чувственного плена, и противиться не было ни малейшего желания. В присыпанной пеплом предательства душе вспыхнуло яростное пламя. Все чувства обострились. Магия внутри откликнулась жарким всплеском.

Мой дракон рядом. С ним хорошо, он пробуждает от темного сна. Сердце колотится, и я ловлю себя, что сама обвиваю Стефана за шею, притягиваю ближе и охотно отвечаю, когда он углубляет поцелуй.

Темный маг взмахнул ладонью и над нами раскрылся непроницаемый полог тишины.

Все дальнейшее напоминало зимнюю сказку наяву.

Тысячи секунд наедине, разделенные лишь на двоих.

Я прежде не считала себя испорченной особой, но то, что случилось этой ночью между нами на больничной кровати, заставило усомниться в собственной благовоспитанности.

Тепло мускулистого тела надо мной щекочет нервы, доводя до исступления.

Его пальцы ласкают лицо, шею и плечи. Тугой вшитый в атласное платье корсет, трещит по швам. Холодок ночной темноты скользит по внезапно обнажившимся предплечьям, ласкает ключицы, грудь и живот. А через мгновение мое тело согревают настойчивые мужские губы, покрывая каждый миллиметр кожи страстными поцелуями.

Где-то в глубине подсознания тлеет мысль, что воспитанной в строгости аристократке запрещено предаваться любовной связи с малознакомым мужчиной, но этот огонек сметает умопомрачительный поцелуй дракона.

— Единственная, — шепчет в губы, согревая дыханием. — Я нашел тебя, Ника. И никогда не отпущу. Никто: ни мой брат, ни даже будущий король не отнимут мою эйлану. Ты — только моя.

Я слишком устала, чтобы трезво соображать. Столько перенесла за этот чудовищно длинный день. Чуть не погибла сама и не потеряла Стефана (по крайней мере, я так думала).

Кому нужны правила и условности? Жить здесь и сейчас! Этим прекрасным мгновением.