Русский моряк впал в беспамятство, и Юджин Дак снова включил стерилизатор со шприцем. Крепкий парень, думал врач, сердце у него молотит, как добротный мотор. А значит, идет питание всего организма, и все эти обмороки и потери памяти лишь временное нарушение сигналов, электрических импульсов в коре головного мозга. Мало еще мы знаем о мозге, но этому парню точно еще рановато уходить в иной мир. Выкарабкается.

И Парамонов карабкался, будто лез в гору, цепляясь пальцами за острые края скалы, подтягивался из последних сил и лез дальше. Он не мог иначе, потому что там, на острове, осталась Галина. Он не успел пробиться к ней, Вячеслав вообще не собирался бежать с острова без Васильевой. Он хотел ее вытащить, спасти, а потом… Что потом, неизвестно, да и не думал об этом лейтенант. Сейчас его долг был в том, чтобы спасти женщину, и он ринулся туда, где, как ему казалось, находилась пещера с лабораториями."

"Каким-то чудом этому крепкому австралийцу удалось перерезать, перетереть лиану, которой была связана решетка из жердей. Парамонов лишь увидел, что австралиец и два американца шепчутся о чем-то, а потом, когда охранник ушел, двое пленников держали на плечах третьего, который чем-то перетирал жгут из растительных волокон. Им удалось раздвинуть четыре жерди, и тогда один из пленников высунул голову и убедился, что рядом нет охранников.

Из восьми пленников в этой яме только четверо могли драться. Парамонов, успевший заметить у берега с деревянным пирсом большой моторный катер, стал знаками показывать своим товарищам, используя несколько английских морских терминов, которые знал. Американцы его поняли. Один за другим пленники выползали из ямы и откатывались к кустам. Последними вытянули раненых и ослабших. Вячеслав уже прикидывал, как подобраться к входу в пещеру, закрытую маскировочной сеткой. Единственным оружием был камень. Ударить в голову, в лицо, отобрать автомат – и внутрь, стрелять и рваться дальше, искать Галину. Что будет потом, не важно, главное – найти. Он понимал, какой ужас может испытывать женщина в ее положении. В одиночестве, в лапах беспощадного жесткого врага. Американцы что-то говорили, намекали на что-то медицинское. Но, как понял лейтенант, это не госпиталь, а после того, как один из них щепкой написал на песке под ногами три цифры – 731, Парамонов все понял.

Об отряде 731 он слышал от руководства, от замполита дивизиона. Это подразделение японской армии имело в распоряжении лаборатории и неограниченное количество подопытного человеческого материала в оккупированном Китае. Материала для исследований в области вирусологии. Это подразделение создавало бактериологическое оружие.