В прошлом году он сделал фальшивое признание Ким, и когда она появилась, он вылил ведро краски ей на голову, а затем издевался над ней, говоря: “Ты действительно думаешь, что кому-то понравится такая жирная свинья, как ты?”

Хотя я ставлю перед собой задачу держаться подальше от Ким, я пошла по этому поводу к директору. Адам перешёл непростительную черту.

Я должна была заподозрить его после этого.

— Конечно, знаю. — Я одариваю его безличной улыбкой, которую приберегаю для репортёров. — Мы учились вместе с младшими классами Королевской Элиты.

— Да, но я не знал, что ты замечала меня.

— Я замечаю всех, Адам. Послушай, мне нужно идти. Желаю удачи в вашей игре.

Я уже собираюсь уходить, когда он кладёт руку мне на плечо. Я замираю, моё сердцебиение учащается в груди.

— Что-то не так?

Его лицо становится пустым, а с налитыми кровью глазами он выглядит как демон, поднимающийся из земли.

— Он не заслуживает тебя.

Он улыбается, и я автоматически улыбаюсь в ответ, хотя в моей голове громко ревут красные сигналы тревоги.

Мне нужно выбраться отсюда.

Сейчас.

Пытаясь сохранить невозмутимое выражение лица, я начинаю убирать руку.

— Увидимся, Сильвер.

Когда он поворачивается и уходит, я бегу как можно быстрее к своей машине, не разбегаясь.

Что-то подсказывает мне, что я только что открыла ящик Пандоры и больше никогда не смогу его закрыть.

Это чувство не проходит, даже после того, как я выбрасываю ручку в окно, как только выезжаю с парковки.

К счастью, я догоняю Коула. Он выехал на автостраду.

Я чувствую себя сталкером, когда стараюсь держать две машины между его джипом и моей Ауди.

Он что-то скрывает. Я просто знаю это.

Что, если он хочет разрушить семейный имидж? Что, если он собирается встретиться с какой-нибудь девушкой, а потом свяжет её и сделает то, что сделал со мной в прошлый раз?

Я качаю головой и продолжаю своё супертихое, суперпрофессиональное преследование.

Это становится проблемой только тогда, когда он съезжает с автомагистрали и начинает двигаться по второстепенным маршрутам. Я не могу идти в ногу, чтобы меня не заметили, и здесь не так много машин, за которыми я могу спрятаться.

Поэтому я жду, пока он повернёт, прежде чем последовать за ним. Я начинаю чувствовать себя Шерлоком — или, скорее, полицейским-неудачником, за которым следят."

"Я замедляю машину настолько, насколько это возможно, пока поворачиваю. Я жму на тормоза и даю задний ход. Коул остановился в каком-то закоулке. Несколько немецких и дорогих автомобилей выстроились вдоль того, что выглядит как задний вход в клуб — или морг.

Здесь даже нет названия или указания на то, что здесь происходит.