После его речи «Я все знаю», произнесённой прошлой ночью, я была осторожна в том, как я себя веду. Я сомневаюсь, что он знает о девушках, которым я солгала о его члене или о том, какой он холодный, — похоже, им нравится последнее, поэтому они продолжают возвращаться за большим, и вот тогда мне приходится угрожать им.

Иногда я чувствую себя виноватой из-за этого, а иногда мне кажется, что я делаю миру одолжение и защищаю этих девушек от безумия, которым является Коул.

И нет, я не ревную.

Потом есть Эйден. Когда я упомянула, что он встречался с Эльзой, и сказала ему, что мы договорились, он отмахнулся от меня.

— И я могу расторгнуть сделку, когда захочу. — Сказал он. — Я повеселился, и я волен покончить с этим. Кроме того, ты изменщица, Куинс.

Он рассмеялся, проходя мимо меня. Идиот.

Я изменщик? А как насчёт его чёртовых сексуальных сцен с Эльзой?

Не то чтобы это имело значение. Я знаю, что держусь за шаткую ниточку, но я не могу просто отпустить её.

Когда я направляюсь к школьной парковке, никого не видно. Я ускоряю шаг к своей машине, потому что Коул только что ушёл, и он сказал Хелен, что сегодня будет дома поздно.

У него нет практики, и Ронан не устраивает вечеринку сегодня вечером, так что мне нужно выяснить, куда он собирается.

Тихий звук «тук-тук» раздаётся у меня за спиной, и я замираю. Мои лопатки сводит вместе, и мне кажется, что кто-то хватает меня за живот.

Я ускоряю шаг, и постукивание тоже ускоряется.

Дерьмо.

Чья-то рука сжимает моё плечо.

— Привет, Сильвер.

Я задыхаюсь, когда поворачиваюсь так быстро, что чуть не падаю.

Вот тогда-то я и столкнулась лицом к лицу с Адамом. Он стоит, засунув руку в карман форменных брюк, и протягивает мне что-то.

Кошмар снова бьёт меня по лицу. Кровь. Чёрная рука. А…

— Ты уронила это.

Он даёт мне мою ручку, которую я не помню, как уронила. Я действительно помню, как потеряла её несколько дней назад. Я слишком ориентирована на детали, поэтому замечаю, когда что-то теряю.

— Спасибо, Адам.

Я улыбаюсь, беря ручку вместо того, чтобы вызвать его на дуэль за это.

Если я хочу сбежать от него и его когтей, мне нужно притвориться, что я его совсем не подозреваю.

— Ты знаешь моё имя.

Он приветливо улыбается.

Дед Адама со стороны матери носит титул барона, а его отец — влиятельная фигура в папиной партии. Он неплохо выглядит с точки зрения внешности. У него крепкое телосложение, пригодное для игры в регби. У него тоже красивое лицо. Его глаза, однако, обычно налиты кровью, и он всегда выглядит так, как будто хочет разрушить чью-то жизнь.