— А попадаются так и вообще уникальные персонажи, вроде твоего любимчика Ванюши Кузьмина, которые регулярно исполняют с таким размахом и так феерично, что даже местами начинаешь ими невольно восхищаться. Кстати, отец твой с Прошкой по молодости тоже на фантазию не жаловались, и у тебя с ней все в порядке.

— Деда, это намек, что ты и мной восхищаешься? — грустно улыбался я.

— Не без этого, — важно кивнул старик. — Но больше я за тебя переживаю, Лешка. — И без перехода: — Чего нос повесил? Индийский принц тебе что-то наговорил?

— Индийский принц меня просто не услышал, — отмахнулся я.

 — Впрочем, это его проблемы, мне уже наплевать…

— Та-а-ак, — протянул дед. — Что-то мне твое настроение не нравится, Лешка. А ну-ка соберись, боец! Подтянись! Грудь вперед! А то смотреть стыдно!

— Деда, прекращай, — поморщился я.

— Что, настолько все обрыдло? — тон князя сменился на сочувствующий.

— Еще сильнее…

— А потерпеть?

— Терпелка закончилась… Сколько можно? И так со смерти Вики на морально-волевых существую, постоянно слыша: соберись, Лешка, не раскисай! Деда, у меня же ни дня не было, чтобы одному побыть и в себя прийти!

— Ты это, Лешка… Возьми паузу хотя бы на сегодняшний вечер… Просто прогуляйся один, без компании… Напейся в дрова, в конце концов, и хорошенько выспись… Но будь любезен, — в тоне деда появились металлические нотки, — расправь плечи, сделай нормальную морду лица и попрощайся с молодежью, отцом и хозяевами дома.

За Шурку не переживай, я ему все объясню.

— Спасибо, деда, — поблагодарил я старика.

Расправил плечи, с трудом натянул улыбку и бодрым шагом направился к нашей компании…

* * *

Эти минуты до Ниццы на байке BMW превратились для меня в секунды счастливого адреналинового безмыслия — скорость под двести пятьдесят километров диктовала свои условия — и позволила хоть как-то взбодриться.

Не помешала «прогулке» и остановка французской жандармерией на самой окраине Ниццы."

"— И куда мы так гоним, уважаемый? — К остановившемуся на освещенной обочине мне медленно и вальяжно подходил жандарм с коротким автоматом на плече, который он довольно умело придерживал правой рукой, и светящимся жезлом в левой. — Инспектор Вальжан, спец-батальон! — козырнул он, на секунду отпустив оружие.

 — Предъявите, пожалуйста, водительское удостоверение, документы на этого породистого немецкого жеребца и снимите, пожалуйста, шлем, чтобы я смог удостовериться в вашей личности. Особое положение, сами понимаете…

— Конечно-конечно, — я снял шлем и демонстративно охлопал карманы мотоэкипировки. — Господин инспектор, дело в том, что водительского удостоверения у меня нет, как и документов на мотоцикл — взял первый попавшийся в гараже.