Соседей по клетке друг против друга не ставят.

И уже мне:

— Я к тому, что распорядители найдут, как уравнять шансы поединщиков, да так, чтобы бой получился поинтереснее. Не для нас, для зрителей. А по поводу смерти… Ох уж предзы… Как такое не знать? Убивать на турнире нельзя. Без приказа. Так-то, может, и придётся, конечно. Нанесёшь своему противнику смертельную рану и отправишься за ним следом. Только сдача, или, что чаще, избиение до момента, когда соперник уже не может подняться.

— Стой. А кровью истечёт? Что тогда?

— С кровью раньше силы покинут, чем жизнь. Если сдохнет между победой и решением лордов, то вина не твоя. Чаще мрут пока к лекарям тащат. И недалеко вроде, а в таком деле каждая секунда порою важна.

— Даром лечат? Прям всех?

— И победителей, и проигравших, — кивнул толстяк. — Даже малые раны. Тут распорядители не скупятся. При арене целая команда лекарей трудится.

— И сколько боёв надо выиграть?

— В первом туре четыре. Потом, шестнадцати победителям выходить против стольких же вольных, кто по доброй воле на Арену пришёл. Там уже всё по-серьёзному.

— По доброй воле? — удивился я. — А… Я понял. Вольным смерть не грозит. Убивать же нельзя.

— На арене все равны. Решат лорды — и вольный умрёт. Судить второй тур, кстати, уже главы Домов будут. Первый тур — это так, баловство. Вот потом уже чуть ли не вся знать посмотреть на бои приезжает.

— И что, каждый раз столько дураков находится, кто по доброй воле насмерть биться согласен? — усомнился я.

— За победу в турнире полсотни кровавых марок дают, — хмыкнул Асмерхан. — Там очередь наперёд из желающих.

Вот теперь всё понятно. Огромные деньги.

— И нам тоже дадут, если выиграть?

— Размечтался, — хохотнул Асмерхан. — Преступнику награда — прощение. Да и шансов на то почти нет. На моей памяти только дважды побеждал клеточник. В крайний раз лет семь назад один бывший вольный сумел турнир взять. Но тот был из очень уж сильных бойцов. До того, как кого-то убил в пьяной драке, сам трижды на арену ходил. Так-то лорды почти всегда побеждают. С ними сложно тягаться.

— Лорды? — округлил я глаза.

— Предзы… — тяжело вздохнул Асмерхан. — Ну так третий, финальный тур. Там к четвёрке оставшихся в пары четверо лордов выходят. По лучшему бойцу от каждого Дома. Кто-то из них обычно и побеждает.

Я нахмурился. Всё хуже, чем мне представлялось.

— И уж этих-то точно никто не казнит при проигрыше, — обиженно пробурчал я. — Всё понятно. Сказки про то, что арена — это ещё не смертный приговор — просто сказки."

"— Клеточники дерутся за лишний день жизни, — кивнул Асмерхан. — А лорды да — добивать их не принято. Вечный Правитель не опускает палец вниз никогда. Финалист может умереть только от ран по пути к лекарю. Любой финалист. Попал в третий тур — будешь жить.