Теперь я могла спокойно улепетывать из этого мерзкого места.

Глава 8

Свобода, чистый воздух, ветер в лицо… Как же все это великолепно и замечательно! Ощущение воли после даже кратковременного содержания в заточении упоительно.

Я шла по безлюдной трассе, не имеющей на всем своем протяжении ни фонарей, ни иных осветительных приборов, но чувствовала себя просто великолепно. Я была свободна. И не имело значения, что руки ныли от наручников, тело покрывали синяки и ссадины, тоже дающие о себе знать, а голова трещала, словно капля воды на раскаленной сковороде.

Солнце уже поднялось над деревьями, озаряя все своим красноватым светом.

Я поежилась, только сейчас ощутив, какой жуткий холод стоял вокруг.

«Интересно, в какое время по этой дороге начинает ездить транспорт», — спросила я сама себя, понимая, что долго идти просто физически не смогу. Но вспомнила, что морг находится на отшибе: домов поблизости нет, заводов, фабрик или иных предприятий тоже. Значит, машин в ближайшем будущем не предвидится.

Я тяжело вздохнула и прибавила шагу — необходимо было добраться до дома Кири как можно быстрее и узнать, взял ли он чертового рецидивиста Тимошина.

А ведь скорее всего не взял. Не такой уж Тимошин дурак, чтобы самому идти к Кире, зная, что он мент. Наверняка послал другого. Что же делать? Скорей бы добраться до города.

Я обернулсь, внимательно посмотрела на исчезающую за деревьями узкую дорогу — никакого намека на машины не было. Пришлось идти дальше.

Еще немного, и на моем горизонте показались долгожданные дома, путь до которых между тем был еще неблизок. И тут позади меня что-то зарычало. Я обернулась и увидела маленький желтый «Запорожец», который, трясясь, катился по дороге.

Не задумываясь, я перегородила ему путь, выставив обе руки вперед — умоляющим жестом прося водителя остановиться. «Запорожец» остановился, но не рядом, а метра за два от меня. Из окна высунулась седая голова, и дедок-водитель зашепелявил:

— Тебе чего, дочка?

— Дед, подбрось до города, — просто попросила я.

— Хм, подбрось… А деньги-то у тебя есть?

— Нет, — честно призналась я.

— Тогда чего ж тормозишь? Ишь, денег нет, а ехать хочет. Знаю я вас, сядете, а потом еще и самого обчистите.

Было понятно, что дедок мне не доверял.

Да и как было доверять, если выглядела я просто отвратительно. К тому же в такое время и по такой дороге могут ходить только два типа людей: бандиты и проститутки.

Я задумалась, как действовать дальше. Упускать деда мне ни в коем случае нельзя, так как не было никакой надежды, что по дороге поедет кто-то еще, а идти дальше сама я не могла. Поэтому, как всегда, пришлось хитрить.

— Дед, а ты натурой возьмешь? Меня тут, понимаешь, братки бросили, а до дома далеко, сама, боюсь, не дойду.