А ведь Хэнкок и Эванс в начале боя еще шутили: ну, кому те нужны! И вот русский командир именно за счет них контролировал поле боя. Не давал оставить поврежденные машины без прикрытия, тут же засыпая в ответ минами, а главное, именно русская пехота, затаившись то тут, то там на насыпи, всегда предупреждала свои броневики о том, где именно британцы попробуют их достать.

Но, тем не менее, они все равно их выбивают!

— Полковник! — наводчик броневика Хейга застучал по броне, привлекая внимание. — Осталось пятнадцать снарядов. Из них только два фугасных.

Сердце Дугласа на мгновение сбилось с ритма, пропустив удар. Он все рассчитал, он вел бой к победе, но… Целых семидесяти снарядов на один броневик оказалось недостаточно. Еще одна проблема с оторванностью от тылов! Чем дальше, тем больше тактика русских с полностью механизированными соединениями выглядела не глупой, а полезной.

— Накройте шрапнелью все за насыпью. И начинаем отходить! — Хейг принял решение.

Пусть это не будет быстрой победой, но они пополнят запасы и вернутся. Да! Бой займет чуть больше времени, но они все равно добьются своего. Дуглас даже успел убедить себя, что именно так все и будет, когда со стороны старой маньчжурской дороги взлетела сигнальная ракета. Именно оттуда, где стояли их отряды поддержки. Выходит…

Красная ракета — это нападение превосходящих сил. Между ними около десяти километров по прямой и около двадцати, если для скорости выезжать на дороги. В любом случае придется потратить около часа! Хейг судорожно прикидывал: если русские послали в обход кавалерию, карго смогут отбиться, если же еще один бронированный отряд — без шансов.

— Продолжаем движение? — водитель, сжимая рулевое колесо побелевшими пальцами, на мгновение повернулся к своему командиру.

— Продолжаем, — Хейг очень не хотел проигрывать.

К тому же, даже если их запасы уничтожат — они еще могли пройтись катком по обошедшим их русским. Что те им сделают, когда даже основные силы могли лишь отбиваться?.. И только он об этом подумал, как у них за спиной из-за насыпи начали вылезать уцелевшие броневики под имперским флагом. Шесть штук — не так и много, но по задницам машин коммандера Хэнкока начало прилетать. Ничего, инженеры закладывали, что им придется и отступать, поэтому задняя броня держала удар. Уж из пушек броневиков ее точно не пробить.

— Еще два! — выдохнул водитель, первым заметивший новые русские машины, показавшиеся из балки справа.

Похоже, они успели незаметно уйти во фланг, пользуясь последним обстрелом, когда от дыма мин несколько минут было ничего не видно.

— Значит, их главный, — Хейг сразу узнал машину с намалеванной на лобовой броне птицей, складывающейся из трех лент — черной, желтой и белой.