«…если бы был жив отец, все было бы иначе…я понял это ещё в школе…другие отцы часто ставили задачи, давали поручения… другие Наследники делились знаниями… это неприятное ощущение, когда любой, знает больше, чем ты… А я? Я — раздолбай. Мне нельзя доверить ничего важного. Потому что у меня — нет отца… Потому что у меня — нет отца… Потому что у меня — нет отца…»

Пирамидка вспыхнула, загудев — первая запись заела и кончилась.

— Это же не потому что Акс… болеет? — спросила я прямо, отбросив ещё с десяток более мягких вариантов. — Не поэтому ты считаешь его неподходящим…

— Он — Наследник, и им — останется, — отрезал дядя коротко, ставя запись на повтор.

 — До тех пор, пока он жив и… в своем уме, другого Наследника клана у Блау не будет.

— Потому что Блау хранят Блау, — успокоено откликнулась я.

Дядя посмотрел на меня так, как будто я опять завалила какой-то из предметов.

«Безнадежна».

— Потому что нам нужен именно такой Наследник.

— Такой — это какой?

— Безнадежна, — пробормотал дядя себе под нос. — Быть достаточно взрослой — это не значит не подчиняться приказам и заключать помолвки.

Хочешь быть равной? Будь, — он постучал пальцем по виску, — быть равным, значит — думать. Кого видишь ты, глядя на Акселя?

— Брата, — я удивилась. — Акселя. Сильный. Красивый.

— Кого видят кланы?

— Наследника.

— Они видят в нем Юстиния Блау.

— М-м-м… такой же простой, веселый и сильный, как папа?

— Что сделал Аксель, чтобы защитить Керн этой зимой? Развернул тварей. Один.

Я кивнула.

— Развернул волну. Этого не могут Кораи — ни один, не могут Лойсы — мельчают, в этом поколении у них нет ни одного с Гласом, Вериди, — дядя задумался на мгновение, — могут.

И — Фениксы.

— Акс равен Фениксу?

— Кого видят в Акселе на Севере?

— Заклинателя, того, кто спас Керн, — выдала я уверенно и быстро.

— Того, кто Керн может уничтожить, — пояснил дядя устало. — Если он может развернуть такую волну тварей, используя Глас, он — может удержать их. И — может направить туда, куда захочет. Что будет, если волна тварей придет в Хали-бад?

Узкие, мощеные белокаменные улочки Хали, наводненные шекками?

— Мы — защищаем, Акс никогда такого не сделает!

— У южан долгая память.

Твой брат развлекается, ходит по борделям, — дядя дернул уголком рта, — учится, тренируется, ввязывается в поединки, ведет себя сумасбродно… но все помнят о том, что он может уничтожить половину Хали-бада ещё до заката одним призывом. Аксель такой же сумасшедший, как Юст, которого хорошо помнят в Столице и Легионе.

Такой же сильный?

— Нам нужно было время. Немного времени. И мне…нам нужен был второй Юст, — дядя прикрыл глаза. — Пока они видят в нём сумасшедшего Юстиния Блау, мы — в безопасности.