***

— Могла бы сказать, что дядя приказал участвовать в аукционе… — Аксель улыбался под куполом тишины проходящим мимо сирам и шипел мне в лицо. В холле первого этажа было людно — то и дело сновали слуги, охрана, дуэньи.

— Ты слишком азартен. Торговаться нужно хладнокровно, — парировала я, вынимая соломинку, запутавшуюся в косе брата. Как будто они с Чен мерились кругами не на полигоне, а в конюшне. Мировая «ничья» в тренировочном поединке устроила обе стороны, и, по заверению Акселя — они расстались чуть ли не лучшими друзьями.

«Учись, как нужно устанавливать связи, мелочь».

— Я сбил бы цену!

— Если ты попросишь — на следующий аукцион в Столице дядя сделает тебя представителем.

— Дождешься, я буду делиться информацией так же, как ты. Все семейные новости будешь узнавать последней, — Акс отвернулся.

— Ты можешь не говорить, зачем дядя забирает тебя на Север, — я пожала плечами. — И так знаю. Либо ты что-то натворил…

— Мелочь!

— … либо нужен — Глас!

— Ты не сказала мне про аукцион!

— Ты слил мои записи дяде!!!

— Я сделал то, что должен был сделать, — Аксель смотрел непримиримо. — Кораи перешли границу и должны заплатить.

— Они уже заплатили! Виру! Расторжением помолвки, империалами! Между нами больше нет долгов!

— Они должны заплатить, — упрямо мотнул головой Акс."

"Мы говорили об этом уже по десятому кругу. В этом вопросе брат был упрям, как райхарец. Уперся, как… мул. Хвала Великому, у Кастуса Блау достаточно ума и дальновидности, чтобы не мстить по такому поводу, если можно потерять выгоду.

— Если бы вернулись предпоследним порталом, я бы ещё успел … повидать друзей в Керне, — он уже десять мгновений ныл о том, как плохо, что дядя перенес арку и отправился в Гильдию.

Я фыркнула.

— Тебе здесь не хватает борделей?

— Друзей! Мелочь! Прошлый раз у меня не было времени…

— Прошлый раз ты сбежал от Данда, предпочтя провести отгулы вне семьи…

«Вскрывать» лоты дядя решил в халибадском отделении Гильдии — можно сразу провести экспертизу артефактов, получить свидетельства и печати… и…огласку. Мы ждали вестника вдвоем. Акс — с искренним любопытством, я — с волнением.

Это позволяло не думать, что творится у меня в голове. И — почему.

За тридцать мгновений, пока не пришел Акс, я уже попытала всех — Фей-Фей, Маршу, Гебиона, Костаса и даже леди Тир.

По всем поводам, которые пришли мне в голову. Заставляя говорить и — слушая, не всплывет ли опять обрывков мыслей или образов, но — ничего.

Меньше, чем нулевая петля плетений.

Фейу и сестру я даже таскала в кабинет — может быть дело в месте, где проходил наш разговор с дядей? И в библиотеку. Но — ничего.

Пробовала разговаривать с мирийским и без — выпив ещё полстакана.

Пробовала стоя, сидя в кресле, и расхаживая по кабинету.