Первый — перенести Арку и зарезервировать места для группы на последний портал, и второй — приглашение для артефактора Гильдии.

— Мы продолжим разговор, когда я вернусь, — вестники растворились воздухе с темной вспышкой. — Жди здесь.

— Звучит, как угроза, — пробормотала я, продолжая улыбаться, пока за дядей не закрылась дверь кабинета.

После этого я улыбаться перестала. Совершенно. Улыбка стекла с лица, я растерла похолодевшие ладони друг о друга, но пальцы остались ледяными."

"«За попытку организации мятежа и вооруженного сопротивления, за эксперименты с кровью тварей, запрещенные Конвенцией от… за измену… дом Блау приговаривается…»

«Вы обвиняетесь в хранении запрещенных артефактов подчинения, согласно регламенту два-шесть от … и в покушении на второго наследника императорского рода Фениксов» — зачитывали мне дознаватели.

Нужно пересмотреть план. По крайней мере, сделать так, чтобы в этом не смогли обвинить меня. И — Блау.

***

— Проверь ещё раз, — посоветовал Бутч, глядя на то, как Шахрейн по очереди запечатывает ящики стола в библиотеке.

— Ничего лишнего, — коротко отозвался Шах.

 — Пусть ищут сколько хотят — не найдут ничего.

Дверь в коридор была открыта — в холле у большого зеркала крутился Каро, то и дело поправляя сложно уложенную прическу. Малыш Сяо болтал ногами, закинув их подлокотник кресла и только что не насвистывал.

— Мне кажется, или он напомадил волосы? — буркнул Бутч, кивая в сторону Младших.

— И закрепил плетениями, — со знанием дела откликнулся Шахрейн.

— Зря ты отпустил их.

Таджо повел плечами, разминая затекшие мышцы.

— Все устали, им давно положен свободный день на декаде.

Малыш не так часто пересекается с братом, а Каро… заслужил поощрение. Они успеют к арке в Бель-ле. Пусть погуляют с юными сирами.

— Сяо! — нервный взвизг из коридора чувствительно ударил по ушам. Малыш баловался с Вестниками и чуть не задел Каро.

— По ним не скажешь, что устали. По-моему, им и так весело, — пробучал Бутч.

— Всё, — Таджо ещё раз поправил пресс-папье на столе, чтобы стояло на одной идеально ровной линии с тушницей, и отошел от стола, который остался совершенно чистым. — Можно запечатывать плетениями.

Я или ты?

— Сам, надо размять пальцы, — Бутч хрустнул костяшками. — И я плету тоньше. Посмотрим, кто придет по наши души.

— Можно даже не делать ставки, — язвительно отозвался Шахрейн, застегивая официальный камзол от формы — наглухо. — Нас отсылают в Бель-ле, когда каждая «звезда» на счету, чтобы провести допрос одной единственной девицы из пансиона…

— Ты думал, как посетить дом, считай, что Мара услышала твои молитвы, и явила милость в форме задания Управления, — хохотнул Бутч.