И, вглядываясь в глаза, я хотела убедиться в том, что не права, что он тот, кому можно доверять.

— Кажется, мое семейство и так сдало меня с потрохами! — Оушен засмеялся, открывая белоснежные зубы, — мама и Аква не особо пытались скрыть мои чувства к тебе. Вывалили всю информацию! И ты еще сомневаешься?

— Это потому, что сам ты не говорил мне ничего, — я обиженно ткнула его кулачком в грудь.

— Я не был уверен, что тебе это нужно.

— Нужно!

— Уверена?

Теперь правды в моих глазах искал Оушен.

Неловкий момент. А я совершенно не понимаю, что ответить.

Я хочу быть с ним, но уже боюсь.

— Лорд Оушен, прошу прощения. Мы должны освободить трассу, — из подпола гравитса, так же, как и Оушен, появился какой-то молодой военный.

Мы стояли слишком близко, касаясь телами друг друга, и юноша в форме, смущенно опустил глаза.

Оушен не сдвинулся ни на шаг, и мне было это приятно: он считает меня своей, и значит, он в праве стоять так близко, как он этого пожелает, не стесняясь никого.

И пока мужчины что-то обсуждали, я отошла к окну и, обняв себя за плечи, уставилась на оранжевое скопление метеоров.

Почему все так сложно? Разве нельзя было просто влюбиться и быть счастливой парой?

— Идем, — Оушен стал сзади в шаге от меня, — нам нужно пересесть на мой корабль.

— Зачем?

— Он немного быстрее гравитса. На Даре мы будем через пару часов.

Да уж…Немного быстрее…Самую малость: два часа против двух тысяч.

Я обернулась, и Оушен уступил мне дорогу, пытаясь не коснуться меня. Наверное, подумал, что я отошла подальше от него, как бы отвечая, что не уверена.

Глупое молчание выворачивало наизнанку. Мне хотелось его обнять, поговорить о каких-нибудь глупостях, да хоть о погоде! Но я не знала, с чего начать. И он молчал, хотя я чувствовала, что ему нужно то же, что и мне.

С другой стороны, может быть так будет правильнее? Пусть все решится, уляжется, и тогда, придя в себя после стольких потрясений, я смогу начать жить заново.

Так и удерживая дистанцию, мы перешли на его военный корабль, и снова оказались одни.

Мы летели в полной тишине и темноте, которую изредка подсвечивали пролетающие мимо корабли. Никогда бы не подумала, что в космосе такое движение. Точно трасса на юг, в разгар сезона.

Оушен сидел, откинувшись в кресле, закрыв глаза. А я стояла позади, чуть сбоку и, не отрываясь, наблюдала за ним.

Темно-серые штаны, обтягивающий мышцы ног, военные ботинки, делающие его ноги более тяжелыми, и китель, подчеркивающий мужественную фигуру."

"И стоило взглянуть на пальцы, расслабленно лежащие на ручке кресла, как в груди защемило от ворвавшегося воспоминания, как эти самые пальцы касались моего лица, ласково проводили по губам, неловко убирали волосы, нежно вытирали слезы…

Я робко подошла к нему сзади и опустила ладони на плечи.