— Ты же не хочешь этого!

— Я не хочу мешать чужому счастью! — зарычала я, пытаясь вырваться, но все мои попытки были пресечены тут же.

— Но моему же мешаешь! — этот черт улыбался, не сводя с меня глаз.

— Не мешаю! Вот специально улетела, чтобы не смущать вас своим присутствием.

— Не понимаю, о чем ты, — он смешно сжал губы и удивленно приподнял брови."

"— О том, как твоя Кики громко стонала сегодня в вашей спальне!

Нет, ну а чего лукавить? Пусть знает, в чем суть моих претензий. А то, видите ли, из себя праведного корчит, а сам с бывшей женой шпилится по углам.

— Сегодня меня не было во дворце. Более того, на Фаресе меня не было!

Он замолчал, ожидая моей реакции, но не выпуская из крепких объятий.

— И, если тебе моих слов мало, это могут подтвердить все, кто был со мной рядом.

— Мне все равно! — чуть ли не плюнула я.

— Серьезно? Так все равно, что ты угнала гравитс моей сестры?

— А что мне было делать? Продолжать слушать ваши стоны?

— Еще раз! Меня там НЕ БЫ-ЛО!

Кровь прилила к щекам.

Не было? Но я же слышала…

— Неужели, ты еще не поняла?

Пальцы нежно коснулись моей щеки, проводя по раскаленной коже.

— Я люблю тебя.

И если до этого сердце заходилось в истерике, то теперь оно замерло.

— Я во многом был не прав. И ты плохо знаешь меня, чтобы не обращать внимания на мои реакции. Но знаешь, каково это видеть, что твоя женщина вовсе не твоя?

Оушен припал губами к моему лбу и замер.

— Никогда в жизни я не был настолько счастлив и беспомощен одновременно. Я держал в руках свою судьбу, но был обязан отдать ее другим. И я не выдержал этого. Я нагрубил тебе. Я повел себя глупо. Обвинил тебя в том, в чем ты по сути была не виновна. Но это от безысходности.

Ему тяжело давалось это признание. Желваки то и дело сжимались, а глаза пытались спрятаться от моих.

— Я признаю, что был не прав. Прости меня. И, чтобы ты поняла, насколько сильно дорога мне, как я хочу, чтобы ты была счастлива, я обещаю тебя отвезти на Дар. И…там вместе с тобой дождаться решения суда. И, если оно тебя не устроит, если тебя не освободят от выполнения контракта, я буду добиваться его отмены. До последнего. Но ты станешь свободной. От нас всех. И от меня тоже.

Его пальцы перебирали волосы, поглаживая мой затылок, а душа от удовольствия сворачивалась в клубочек, как котенок. И я уже не была уверена, хочу ли быть свободной от него, от моего Оушена…

51. Не отпускай!

И что прикажете теперь делать?

До этой минуты я ненавидела его и была уверена в своем решении сбежать, бросить, и даже запустить в него не то что сковородкой, ракетой!

А теперь…я стою и таю как шоколад в его руках.

«Любовь долготерпит, не мыслит зла и всему верит»…

— Это правда был не ты?

Я пыталась поймать каждый его жест, взгляд.

Зачем? Мне хотелось ему верить, но я снова ждала подвоха.