— А вы, конечно же, боялись за собственную шкуру, — не удержался Страйк, убирая блокнот и ручку в карман и поднимаясь с кожаного кресла. — Что ж, не буду отнимать у вас время; вам еще нужно позвонить своему адвокату. Вы мне очень помогли. Надеюсь, до встречи в суде.

13

На следующий день Страйку позвонил Эрик Уордл.

— Переговорил с Диби, — скупо сообщил он.

— И?.. — Страйк жестом приказал Робин дать ему бумагу и ручку. До этого звонка они пили чай с печеньем и обсуждали недавнюю угрозу Брайна Мэтерса, который — уже не в первый раз — обещал вспороть Страйку живот и справить нужду на его кишки.

— Ему доставили изготовленную в единственном экземпляре толстовку с капюшоном. На груди — пистолет из заклепок, на спине — пара строчек его собственного сочинения.

— Одну?

— Одну.

— А еще что? — поторопил Страйк.

— Насколько он помнит, ремень, шляпу-бини и пару запонок.

— А перчатки?

Уордл замолчал — видимо, сверялся с записями.

— Про перчатки ничего не говорил.

— Что ж, это проясняет дело.

Страйк ждал, что полицейский либо бросит трубку, либо добавит что-нибудь еще.

— Дознание — во вторник, — резко бросил Уордл. — В отношении Рошели Онифад.

— Понятно, — отозвался Страйк.

— Тебя, похоже, это мало интересует?

— Совсем не интересует.

— Я думал, ты подозреваешь убийство.

— Так и есть, но дознание ничего не докажет и не опровергнет. Кстати, не знаешь, когда похороны?

— Понятия не имею. — Уордл начал злиться. — А какая разница?

— Думаю сходить.

— Зачем?

— Помнишь, у нее тетка была?

Уордл бросил трубку, причем, как заподозрил Страйк, с отвращением.

Тем же утром, но немного позже Страйку позвонил Бристоу и сообщил время и место похорон Рошели.

— Элисон навела справки, — добавил он. — Потрясающе деловая.

— Это заметно, — сказал Страйк.

— Я собираюсь прийти. В память Лулы. Я ведь ничем не помог Рошели.

— Думаю, такой конец был неизбежен. Вы придете вместе с Элисон?

— Она просится, — без энтузиазма выговорил Бристоу.

— Там и увидимся. Я надеюсь поговорить с теткой Рошели, если та появится.

Когда Страйк сообщил Робин, что подруга Бристоу выяснила место и время похорон, секретарша расстроилась. Страйк поручил ей сделать то же самое, а теперь получалось, что Элисон дала ей сто очков вперед.

— Не ожидал от вас такой профессиональной ревности. — Страйка это позабавило. — Забудьте. Наверняка у нее была фора.

— Какая же?

Страйк в задумчивости смотрел на нее в упор.

— Какая? — с вызовом повторила Робин.

— Хочу, чтобы вы пошли со мной на похороны.

— Ох, — вырвалось у Робин. — Ладно. Только зачем?

По ее расчетам, Страйк должен был сказать, что естественно будет прийти туда парой, точно так же как естественно было прийти в «Вашти» с женщиной.